БЫТЬ!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » БЫТЬ! » Сложные вопросы » Духовная жизнь


Духовная жизнь

Сообщений 81 страница 104 из 104

1

Четыре составляющие духовной жизни http://azbyka.ru/shemy/chetyre_sostavla … izni.shtml .

http://sg.uploads.ru/bpP7X.png

свящ. Константин Пархоменко. Четыре составляющие духовной жизни http://azbyka.ru/parkhomenko/av/5g11_28-all.shtml :

Из книги «О молитве»

Святой Феофан Затворник писал своей духовной дочери: «Вы совершенно верно определили для себя основную цель жизни – соответствовать высокому достоинству человека. Для этого вовсе не обязательно (во всяком случае, чаще всего) кардинально менять внешнюю сторону своей жизни, основные изменения касаются сокровенной духовной жизни человека. Обычно можно по-прежнему работать в том же месте, не разрывать общения с друзьями, интересоваться теми же предметами, что и прежде. Только все это наполнится иным содержанием, все это будет важно не само по себе, теперь человек через все это будет восходить к Богу».

Святые всех веков христианской эры утверждают: если вы хотите начать духовную жизнь, то должны помнить о четырех ее составляющих и продвигаться во всех четырех направлениях, иначе все наши усилия будут тщетны. Эти четыре составляющие духовного пути суть:

- чтение Евангелия и духовной литературы и размышление над прочитанным,

- участие в богослужебной жизни Церкви, в ее Таинствах, и, прежде всего, Таинстве Евхаристии,

- индивидуальная молитва,

- доброделание. 

Современный подвижник отец Александр Мень сравнивал важность следования этим принципам для нашего духовного равновесия  с важностью ножек для равновесия стола. Он говорил: если у стола одна ножка отсутствует, то стол качается, но еще может кое-как стоять, но если убрать еще одну или более ножек, то стол непременно упадет. Так и в нашей жизни, если забывается одна составляющая духовного пути, то наша духовная жизнь начинает качаться и хромать, если забываются и другие, то мы неизбежно теряем равновесие и наша духовная жизнь рушится. Подразумевается не полное забвение какого-либо пункта духовной жизни, а меньший упор на нем, придание ему меньшего значения по сравнению с другими. В этой связи данный пример можно привести и в несколько ином виде: пока стол нашей духовной жизни крепко стоит на заботливо приспособленных к нему равных ножках, все в порядке. Но если хотя бы одна из ножек оказывается меньше других, то равновесие нарушается, стол начинает качаться и становится непригоден для использования.

«Сын Божий стал человеком, чтобы человек сделался сыном Божиим» (св. Ириней Лионский). И если мы стремимся восходить в это сыновство, то перечисленные основы духовной жизни должны занять свое место в нашей повседневности. Они должны стать как бы опорными точками, между которых расположено все остальное пространство нашей жизни.

Собственно, эти четыре точки, четыре пункта, по сути – различные проявления одного стремления, стремления человека встретиться с Богом. Молитва, говорят святые, это беседа с Богом, обращение одной личности к Другой. И в этом смысле и индивидуальная молитва дома, и молитва соборная за богослужением, и чтение и размышление о духовных вещах, и доброделание, – все это можно назвать молитвой. Действуя в каждом из этих направлений, человек обращается к Богу либо непосредственно, либо через ближнего.

Протоиерей Александр Мень, выдающийся пастырь и проповедник наших дней, любил приводить следующий пример. Он говорил: ко мне часто приходят люди, которые жалуются на то, что все в их жизни не ладится, что Бога они в молитве не чувствуют и что, вообще, Бог никак не проявляется в их жизни и не изменяет ее. На это отец Александр отвечал вопросом: а действуете ли вы в соответствии с моими указаниями об обязательности для духовного продвижения упомянутых четырех пунктов? Посещаете ли регулярно богослужения и причащаетесь ли, достаточно ли внимательны к окружающим и достаточно ли быстро откликаетесь на их нужды? Выделяете ли хотя бы небольшое время в неделю для чтения духовной литературы? И, наконец, молитесь ли ежедневно? Самый минимум ежедневной индивидуальной молитвы – десять минут. Если вы этого не выполняете, то каких же изменений вы ждете? В данном случае священник как врач дает рекомендации, а результат зависит от человека, его рвения. Если к врачу приходит человек и жалуется, что у него печень, то врач говорит: вы не должны есть острого, соленого, жирного и т.д. Но если пациент не выполняет рекомендаций, то врач не может ему ничем помочь. Так и в духовной жизни: если не выполняете этот минимум, то ждать улучшения в духовном состоянии нечего.

Часто можно услышать: для чего нужна молитва? Понятно, социальная деятельность, от нее есть реальная польза миру. А какая польза от молитвы? Молимся для Бога? Но Бог и так знает все наши мысли и настроения, зачем объяснять Ему все то, что Он и без того прекрасно знает.

Конечно, молитва нужна не Богу, а нам. Молитва – это беседа с Богом, а беседа предполагает, что обе стороны не только говорят, но и слушают друг друга. Мы же чаще всего способны только говорить сами, мы не даем Богу вставить в наш монолог хотя бы слово. Такая молитва, безусловно, не имеет смысла, потому что Бог не сосед, которому мы спешим изложить наши проблемы, порой к тому же немного кривя душой и что-то преувеличивая, что-то скрывая, в надежде извлечь из общения какую-нибудь выгоду. Бог знает нас и наши нужды гораздо лучше нас самих, потому незачем вдаваться в долгие объяснения. Но если мы хотим, чтобы беседа с Богом состоялась, наша главная задача – научиться слушать, что говорит нам Бог.

Психологи и философы последнего столетия часто останавливались на особом свойстве души современного человека – неспособности слушать и слышать кого-нибудь, кроме себя. Конечно, эта проблема стояла всегда, пред всеми поколениями людей. Но в наш безрелигиозный век она встала особенно остро.

Человек стал менее мистически восприимчивым, если можно так сказать. Это произошло в силу технического прогресса, достижения которого не дают человеку времени поскучать, не дают ему побыть наедине с самим собою. Чтобы выделить небольшое время для Бога, чтобы оторвать себя от привычного времяпрепровождения перед телевизором, у компьютера, с магнитофоном, человек должен делать огромные усилия. Современный человек порабощен изобретенными им механизмами, ему почти невозможно оторвать себя от того, что занимает сознание как постоянный фон, не заставляя человека в то же время прикладывать усилие.

То же происходит и в сфере общения. Человек и всегда-то – в силу своего греховного эгоизма – с трудом открывал свое сердце и сознание навстречу ближнему. Теперь он и вовсе отвык делать усилия в общении, привыкнув к тому, что нескончаемый поток информации постоянно проходит в его сознании, но не задерживается в нем и не требует обдумывания, серьезного и глубокого осмысления и переживания.

Да что говорить о Боге, – человек не может услышать и другого человека. Люди иногда могут годами дружить или жить вместе, оставаясь совершенно чужими друг другу в силу того, что друг друга не слышат. Может быть, хотят услышать, но не слышат. Где уж тут услышать голос невидимого Бога, если даже человека, который рядом с нами, мы воспринимаем с трудом.

Что же прежде всего необходимо, чтобы изменить ситуацию? Конечно, основное – это желание и усердие. Наша старшая дочка Екатерина часто показывает нам яркие примеры того, сколь многого можно добиться, если всерьез этого захотеть. Недавно на детском празднике все играли в прятки. Прошло довольно много времени, и наконец все, кроме Кати, были найдены. Ее стали искать семь взрослых человек, где только ни смотрели, какие только хитрости ни придумывали, чтобы заставить ее выдать свое местонахождение. Все было бесполезно. Она, которая никогда не может и двух минут спокойно посидеть на месте, чем всех всегда сердит, сорок минут где-то сидела не шелохнувшись и не поддавалась ни на какие провокации. Мы уже ни на шутку испугались: жива ли она, может, залезла, куда и уронила на себя что-нибудь. Когда мы ее все-таки нашли, ее крестная, помогая Кате вылезти, сказала: «Родители, обратите внимание, сколько у вашей дочки терпения и выдержки, стоит ей только захотеть. Как, оказывается, она может старательно и самостоятельно выполнять домашние задания, если захочет».

Так бывает и в нашей жизни. Мы можем показать верх внимания и серьезности, если дело касается продвижения по работе, получения какой-то выгоды или удовольствия, но трудиться, чтобы внимать Богу или хотя бы ближнему, у нас не хватает сил. А требуется-то от нас, в первую очередь, то же, что и мы требуем от невнимательного ребенка: научиться сосредоточиваться.

Чтобы услышать ближнего, нужно, прежде всего, уметь быть достаточно внимательным к его словам, не отвлекаться, не думать в это время о своем, не останавливаться вниманием на том, что нам в его речи близко или интересно, а просто слушать… Слушать и воспринимать его слова, мысли, переживания. И это тяжелая работа над собой: научиться не просто молчать в присутствии другого, но и не отвлекаться, слушать и понимать его.

То же можно сказать и в отношении Бога. Чтобы услышать голос Божий, необходимо не просто тактично помолчать, чтобы при первой возможности вновь переключить разговор на себя, свои нужды, а именно с интересом и вниманием вслушиваться в то, что отвечает нам Господь.

При таком подходе молитва не будет казаться чем-то ненужным, лишним в отношениях с Богом. Она необходима для нас. От нас немногое зависит, но то, что мы обязательно должны сделать, без чего не достичь общения с Господом – это приложить максимум старания, чтобы научить свой ум не рассеиваться, пребывать в состоянии сосредоточенного внимания. (Остановитесь мыслью на этом замечательном слове: внимание. Это слово означает нашу готовность слушать! )

Философ и психолог Эрих Фромм в своей книге «Искусство любить» именно в этом видит возможность излечить отношения любящих друг друга людей: через ежедневные упражнения на умение сосредоточить внимание. Фромм предлагает каждый день выделить небольшое время, хотя бы полчаса, в которые надо попытаться отключиться от всего и освободить свое сознание от любых мыслей. Он предупреждает, что дело это очень трудное, требующее огромного терпения и настойчивости. На этом самом элементарном уровне молитва подобна восточной медитации, которая тоже требует от человека научиться управлять своим сознанием, уметь освободить его от всего постороннего. Это то, что зависит от самого человека, а потому признается и далекими от религии людьми и достигается регулярными упражнениями, которые вполне сравнимы с ежедневной зарядкой или обучением какому-либо ремеслу.

Апостол Павел сравнивает христианина со спортсменом, который бежит свою, Богом отмеренную, дистанцию. И здесь важно сказать: в деле молитвы регулярные упражнения так же важны. Как тренировки для спортсмена. Как спортсмен постоянными тренировками добивается того, что его тело становится ему послушным и готовым к большим нагрузкам, так и ум наш благодаря соответствующим упражнениям становится послушным и внимательным.

Как инструмент, для того чтобы он был готов к исполнению, так и наша душа должна быть хорошо настроена, чтобы в ней зазвучало прикосновение Божие, небесная музыка.

В молитве мы учимся быть внимательными, не рассеиваться, в этом смысле она выполняет для нас роль специального упражнения. Можно было бы учиться вниманию в отдельное время, выполняя специальные упражнения для этого, а затем обращаться уж к Богу, но это было бы в высшей степени неразумно. Обращаясь к Богу в молитве, человек прекрасно понимает свои ограниченные возможности, он вовсе не надеется достичь Бога своими усилиями. В этом коренное отличие христианской молитвы от практик восточных культов.

От человека требуется старание, остальное подается Богом как дар. Господь подходит к каждому из нас как Личность. Как в школе: если ученик не обладает способностями, но старается, учитель будет помогать ему больше и они вместе добьются успеха. Так и в молитве: одни люди обладают более сильной волей, другие же пришли к Богу с нетренированной или вовсе атрофированной волей. Одни изначально более внимательны и собраны, другие совсем рассеянны. Перед Богом все в равном положении, нужно только приложить старание, а в остальном Господь поможет. В перспективе обетованного соединения  с Богом все мы нуждаемся в помощи, кто-то чуть больше, кто-то чуть меньше. Святой Макарий сравнивал наше положение с положением младенца: ребенок ничего не может сам, он даже не способен встать на ноги и подойти к матери. В его силах только отчаянно плакать и звать мать. И она, видя свое чадо ищущим ее с таким нетерпением, спешит к нему навстречу, берет на руки, нежно обнимает. Бог ведет себя подобно матери, объясняет св. Макарий. В порыве Своей бесконечной любви Он Сам приходит, прибегает  к взыскующей и зовущей его душе.

Есть в наших отношениях с Богом один фундаментальный аспект. Прихожанка, отчаявшаяся оттого, что ей тяжело молится, задала как-то отцу Александру Меню провокационный вопрос. Как же так, возмущалась она, вы говорите, что наша беседа с Богом должна быть беседой двух любящих существ. Но когда разговариваешь с человеком, которого любишь, не приходится постоянно делать усилия, чтобы быть с ним, а чтобы беседовать с Богом приходится тяжело трудиться.

В этом контексте следует остановиться на двух моментах, играющих важную роль в нашей духовной жизни. Во-первых, в православном богословии есть понятие благодать призывающая. Это благодать, которая подается как дар, как аванс человеку только что пришедшему к Богу. Это первая непосредственная встреча человека с Богом, залог возможного в дальнейшем достижения единства с Богом. Она сравнима с влюбленностью, и как влюбленность через какое-то время теряет первоначальную яркость переживаний, так и эта благодать постепенно отходит от христианина. Теперь человек знает, сколь прекрасно быть с Богом, и должен прилагать свои усилия, чтобы достигать того же и гораздо большего. Молитва в данном случае играет как раз ту роль, о которой мы говорили, – роль упражнения, помогающего научиться сосредоточенно внимать Богу; роль упражнения, помогающего услышать, узнать Бога. Как люди, желающие вернуть утраченную любовь, могут сделать это, если будут особенно внимательны друг к другу, будут трудиться, чтобы лучше понять друг друга, так и христианин должен работать, чтобы вновь почувствовать близость к Богу. Потому что настоящая любовь к Богу тоже достигается немалым трудом.

Почему мы думаем, что для того, чтобы полюбить человека, нужно приложить усилия, а Бога мы способны любить изначально? Надо работать над своим умением любить, тогда беседа с Богом действительно будет для нас радостью и отдыхом, как бывает приятна беседа с любимым человеком. Тогда уже не будет постоянно возникать усталость и желание поскорее закончить молитву.

Кроме того, не надо забывать, что нас от Бога отделяют и наши грехи, они создают преграду между нами и Святым Богом. Если мы хотим научиться молиться, следует помнить, что наши успехи в молитве будут прямо пропорциональны нашему нравственному изменению, очищению души от страстей. Сколько бы человек ни упражнялся во внимании, каких бы высот в этом ни достиг, каким бы ни стал собранным и умеющим слушать, все бесполезно, если одновременно не идет постоянная борьба с грехом в себе.

Отредактировано Ольга79 (2019-02-07 17:39:03)

81

Андрей Кир написал(а):

Да. Я сегодня много думал о батюшке. Что-то произошло. Почувствовал.
Что-то схожее было, когда преставился Патриарх Алексий...

У меня ощущение, что его не хватает. Есть в бытии то, что составляется не только из событий личной жизни (сюда же отношу близких друзей и родственников), но и тех, к кому прислушиваешься. И, когда такие люди уходят, возникает ощущение потери на личном уровне.

82

Да. Так.

83

А ты попробуй, поживи внимательно хоть один день, понаблюдай за собой. Кто ты есть по отношению к людям? Сначала узнай себя, потом попробуй пожить, сопротивляясь греху. Узнаешь, как это трудно; а узнав, научишься снисхождению к немощам человеческим и не будешь никого осуждать.

архимандрит Иоанн (Крестьянкин)

84

85

Высказывания и наставления митрополита Иоанна (Снычева)  https://pravoslavie.ru/87287.html

https://pravoslavie.ru/sas/image/102190/219087.b.jpg?1455820341.jpg

https://pravoslavie.ru/sas/image/102190/219092.b.jpg?1455820334.jpg

86

МИТРОПОЛИТ АНТОНИЙ (ПАКАНИЧ) О СТРАШНОМ И КОВАРНОМ ГРЕХЕ https://pravlife.org/ru/content/mitropo … rnom-grehe  .

87

ЛЕСТВИЦА https://www.youtube.com/playlist?list=P … O2-uJhIRea (ссылка на плейлист):

Документальный проект «Лествица» —  это экранизация одного из самых известных аскетических трудов, написанный в VI–VII веках христианским богословом, философом, монахом Иоанном Лествичником как руководство по борьбе с грехами и приобретению добродетелей.

Ведущие телепроекта протоиерей Игорь Фомин и Борис Корчевников пытаются в контексте современных реалий доступно донести до зрителей смысл размышлений и поучений преподобного Иоанна, опираясь на Священное Писание, историю Церкви и личный духовный опыт.
Документальный цикл состоит из 30 серий, по количеству ступеней в «Лествице», в хронологическом порядке. Каждая из частей посвящена одной ступени.
Съёмки проекта прошли в Израиле, Палестине, Италии, в Свято-Троицком Серафимо-Дивеевском монастыре, городе Старица Тверской области и Москве. Проект «Лествица» будет выходить каждый будний день Великого поста.

88

ПРОПОВЕДЬ о.Андрея Лемешонка 11.04.2021 "Причастились и полетели? Нет! Поползли."

89

90

91

Очень понравилась статья иеромонаха Симеона, поэтому еще сюда добавлю. Мне все было интересно, правда, последнее предложение не поняла (про реабилитацию). Момент, который разместила в первом спойлере, "зацепил". "Зацепил", возможно, и потому, что в тот же день встретилась другая статья, где звучало про ламинирование списка грехов (фрагмент во  втором спойлере).  Допускаю, что возможна ситуация, когда духовная жизнь переходит на уровень формальностей. Но по одному списку грехов это не определить. Почему я так думаю, ниже.

Иногда люди впадают в уныние, если на каком-то этапе попадают в ситуацию, когда "список грехов" от исповеди к исповеди не меняется (тут не имею ввиду грехи разряда "убил человека"). Хорошо, если священник поддержит унывающего. Если батюшка встречает его, как в статье, в стиле ‟Шо, опять?”, думаю, это печально. Один и тот же по словесному составу "список грехов" может отражать разные ситуации. Например, человек раз за разом пишет "сквернословил", но степень проявления этого греха может быть разная (при каких обстоятельствах, сколько (ежедневно или реже, как быстро смог остановить свой поток брани), вслух или мысленно - вряд ли кто в подробностях на исповеди рассказывает это приходскому священнику) - конечно, во всех случаях страсть есть, она никуда не делась, но человек борется. Плюс человек может начать замечать проявление страстей в том, в чем раньше греха не видел - отказавшись от каких-то грубых грехов, он видит эту же страсть в ее более тонких проявлениях. Список при этом может остаться таким же, если человек не расписывает конкретные проявления страсти (например, "гневался, обидел человека"). За стабильностью списка может стоять и какая-то иная ситуация - тут обширное поле для работы духовника и его чада, если сложились такие отношения. Поэтому думаю, что только из обычного "списка грехов", без соответствующих пояснений и в условиях отсутствия общения священника и исповедующегося вне времени богослужений, динамику борьбы не видно. Это моя мирянская точка зрения. Не знаю, как это выглядит с позиции священника (открывает ему что-то Господь особо в процессе исповеди или нет).

Свернутый текст 1

... Сплошь и рядом возникает типичная ситуация: к священнику приходит человек и заявляет: «Я ухожу из Церкви. То ли я безнадежен для Царствия Небесного, то ли ваши церковные ритуалы и практики попросту не работают. Будучи усердным прихожанином в течение двадцати лет, я послушно делал все, чему меня учили: читал молитвенное правило, постился дважды в неделю, регулярно бывал на Исповеди и причащался Святых Христовых Тайн; я даже жертвовал Церкви десятину своих доходов, но, увы, не стал лучше ни на йоту. Страсти так и не отступили, список моих грехов можно заламинировать и повесить на стену, ибо он не изменился со времени первой литургии. В последнее время, стоит мне приблизиться к исповедующему священнику, он приветствует меня фразой из мультика ‟Жил-был пес”: ‟Шо, опять?” ...

... сначала человек ставит себе принципиально недостижимую и противоречащую евангельскому учению цель, потом вполне ожидаемо ее не достигает, вследствие чего разочаровывается и ищет запасной выход из Церкви. ...

Свернутый текст 2

То, что мы считаем грехом, порой имеет медицинскую причину https://www.pravmir.ru/s-nami-inache-nelzya1/ :

... Исповедь не для того, чтобы грехи перечислить, а для того, чтобы измениться, оставить свои страсти. Это признание своих ошибок и готовность к ним не возвращаться. А в реальной жизни бывает, что люди год от года приходят с тем же списком, исповедь становится формальным допуском к Причастию, а Причастие становится формальной процедурой, подтверждающей твою принадлежность к Церкви. Как горько шутил один знакомый священник: ну что они приходят с одним и тем же списком — пусть заламинируют, а если от чего-нибудь избавятся, я сам подарю им маркер, чтобы вычеркнуть…

Иеромонах Симеон (Мазаев). СМЕРТЬ КАК «ХИМИОТЕРАПИЯ» https://pravoslavie.ru/139051.html :

Свернутый текст

Однажды мне пришлось выступать в техническом ВУЗе. Быстро выяснилось, что образ мышления этих студентов серьезно отличается от более привычного мне стиля гуманитарной аудитории. «Понять» для технаря означает – уяснить для себя «физику процесса», разобраться, как работает некая машина, уметь разобрать и вновь собрать ее, объясняя назначение и функцию каждой детали. В ходе того разговора христианское учение мне самому открылось с неожиданной стороны.

Началось все с того, что один из студентов задал прямой вопрос:

– Что вы празднуете, ежегодно отмечая Пасху? На днях я из любопытства заглянул в ближайший храм. Священник произносил проповедь. Некоторые слова врезались мне в память. Он патетически восклицал: «Смерть, где твое жало? Ад, где твоя победа?» Честно сказать, ситуация меня повеселила. Дело в том, что в храме, в прямой видимости от этого священника, стоял гроб с покойником, которого, вероятно, позже собирались отпевать. Я даже хотел было сказать: «Святой отец! Я знаю, где находится то, что вы ищете! Жало смерти и адова победа – совсем рядом, в вашем же храме. Пойдемте, покажу!»

В аудитории раздались смешки. Ободренный поддержкой товарищей, мой оппонент продолжил:

– В каком смысле вы празднуете победу над смертью? Ведь она никуда не делась. Люди тысячелетиями умирали до Христа – не перестали они делать этого и после Него. Так что Он ничего не изменил. Я мог бы понять вашу радость, если в результате воскресения Богочеловека смертность сошла бы на нет. Я даже искренне разделил бы с вами эту радость, если прекратились бы войны, болезни и катастрофы перестали калечить и уничтожать жизнь, а увечье и смерть исчезли из нашего мира навсегда. Но ведь этого не произошло!

В общем, первый вопрос был поставлен вполне конкретно и остро. Покуда я собирался мыслями и развивал идею наших апологетов о смерти как наказании за грех, вдогонку поступил еще один:

– Если смерть есть неизбежное наказание за грех, то почему умерла Мария, мать Иисуса? Ведь, согласно вашему учению, Она не совершила личного греха. За что Ее подверг смерти собственный Сын? Да-да, именно Сын. Ведь если Он Бог, то вопросы жизни и смерти должны быть в Его власти.

Точная постановка вопроса зачастую открывает путь к решению. Действительно, вопрос о смысле смерти полагает начало религиозной мысли и является точкой размежевания религиозных доктрин. В этом пункте с очевидностью проявляется уникальность христианства.

Размышляя о назначении смерти в жизни человека, святитель Григорий Нисский в своем «Большом огласительном слове» предлагает весьма интересный образ. Представим себе кувшин тонкой работы, расписанный рукой настоящего мастера, главную ценность в доме хозяина. Предположим также, что по соседству живет некий враг, завистник и клеветник. Улучив момент, он пробирается в дом хозяина и, желая досадить ему, портит его любимую вещь: вливает в кувшин расплавленный свинец, который быстро застывает и делает сосуд непригодным к использованию.

Как быть хозяину? Кувшин имеет сложную форму, и потому извлечь твердую болванку из него невозможно. Тогда хозяин, не желая расставаться с любимой вещью, делает, на первый взгляд, отчаянный жест: высоко подняв кувшин над головой, он с силой бросает его на каменный пол.

Казалось бы, ценная вещь погублена окончательно. Но стенки кувшина, утратив целостность, перестают удерживать свинцовую болванку – та отделяется и откатывается в строну. А хозяин, будучи сведущим в гончарном деле, бережно собирает некогда составлявшие кувшин осколки, обмазывает их мокрой глиной, соединяет один с другим в первоначальном порядке, обжигает на огне – словом, употребив все свое искусство, возвращает кувшину надлежащий вид.

Этот кувшин, говорит Григорий Нисский, и есть душа человека. В результате первого грехопадения к ее чувственной стороне примешалось зло, причем так сложно и тонко, что удалить его острым хирургическим действием невозможно.

Но почему? Потому что не удается даже указать границу между нашими добродетелями и пороками.

Древнегреческий философ Зенон Элейский некогда сформулировал так называемые апории – ситуации, неразрешимые для человеческого разума. Одна из них называется «Куча». Собрав учеников, Зенон принялся доставать из мешка и бросать на землю зерна пшеницы – одно за другим.

– Остановите меня, когда увидите перед собой кучу зерна, – предложил он.

– Довольно, Зенон! – сказали спустя какое-то время некоторые ученики.

– Нет, продолжай! – перебили другие. – Куча еще не появилась.

Тогда философ, наоборот, начал выбирать из кучи по одному зерну, велев дать знак, когда куча исчезнет. И снова среди учеников возникли разногласия. Смысл этого урока состоял в демонстрации принципиальной невозможности определить количество зерна, образующее кучу.

С нашими лучшими чувствами, силами и талантами происходит ровно то же самое: никто не может сказать, в какой момент «зернышки» наших добродетелей превращаются в «кучу» греха и порока. Демаркация добра и зла в человеческой душе и берущих в ней начало делах оказывается невозможной.

В какой момент ошиблась мать, воспитывая сына? Казалось бы, материнская любовь – безусловно святая сила. Когда женщина старается защитить и сохранить порожденную ею жизнь, лучше не стоять у нее на пути. Мать, увлекаемая этой силой, способна ночью, в лютый мороз, при пурге пройти десяток километров, отделяющих ее село от районного центра, и употребить всю свою убедительность, чтобы привести врача к опасно заболевшему ребенку. Но когда эта сберегающая жизнь сила начинает заботливо калечить собственное чадо? Сколь часто приходится встречать какого-нибудь сорокалетнего увальня, так и не женившегося, ни дня не служившего, не работавшего, не взявшего на себя никакой заботы, проводящего жизнь за компьютерной игрой или пропивающего скромную материнскую пенсию!

В какой момент личная храбрость солдата становится безрассудством, а осторожная рассудительность оборачивается трусостью? Где почтение к старшим – по сану, должности или возрасту – мутирует в подобострастие? Какую бы добродетель мы ни взяли, у нее непременно обнаруживается своя тень или темный двойник: щедрость скатывается к расточительности, бережливость – к скупости так же неуловимо, как образуется куча зеноновых зерен.

Добро и зло в душе человека так сложно переплелись между собою, что это напоминает неоперабельную опухоль – диагноз некоторых онкологических больных. Злокачественное новообразование так сложно смешивается со здоровыми тканями, что ни один, даже самый искусный, хирург не возьмется отделить одно от другого.

В такой ситуации остается одно: подвергнуть пациента радио- или химиотерапии. По сути, этот метод представляет собой поэтапное убийство посредством дозированного яда. Желая спасти подопечного, врач убивает опухоль вместе с самим пациентом в надежде на то, что сама смерть разлучит их. Быть может, организм окажется хоть чуть-чуть жизнеспособнее раковых клеток и сможет пережить их гибель. Тогда можно будет прекратить химиотерапию и преступить к реабилитации. В ряде случаев это действительно срабатывает, и человека удается вернуть к изначальному состоянию, в котором он пребывал до болезни.

Бог делает нечто подобное, подвергая нас смерти. В результате первородного греха прародителей все мы от рождения носим в себе «раковую опухоль» страстей и пороков. Вследствие этого оказываемся не способны, не совершая зла, сделать никакое, даже святое, дело.

Вспоминаю мужчину, приходившего в наш храм Александра Невского в поисках помощи. Ситуация в его жизни складывалась критическая. К счастью, на тот момент в нашем распоряжении были некоторые свободные средства, и нам удалось отодвинуть человека от пропасти отчаяния.

Но радость о добром деле оказалась недолгой. Отрезвление наступило через пару месяцев, когда тот же нуждающийся вновь появился на нашем пороге с очередной просьбой. Что делать? Житейские неурядицы имеют свойство не заканчиваться раз и навсегда, но, подобно хорошим часовым, надежно сменяют друг друга. Внимательно рассмотрев его дело, мы сошлись на том, что в этот раз человек, хоть и потрудившись, вполне способен решить свое затруднение самостоятельно. Но, вспомнив предшествующий опыт, он предпочел «пойти по линии наименьшего сопротивления» и начал стремительно превращаться в обыкновенного попрошайку. Просителю было отказано – он сильно обиделся и дошел едва ли не до угроз, по-видимому, полагая, что после первого раза мы ему уже должны. А нам стало очевидно, что даже незначительную милость мы, грешные люди, не можем сделать, как ожидали: вроде бы помогли, но тем же самым и развратили ближнего своего. Только невнимательный или неопытный в деле благотворительности человек склонен пребывать в уверенности, будто он способен сотворить чистое, без примеси, добро высочайшей пробы.

В романе «Идиот», например, есть эпизод, когда князь Мышкин беседует с поручиком Келлером, бретером, пьяницей и бабником. Изначально офицер стоит в оппозиции к главному герою, но в какой-то момент их сводит жизнь, и вот они уже сидят на даче, беседуют – и становятся близкими друзьями. Келлер исповедуется перед князем, чистосердечно открывая все направленные против него интриги. Между ними возникает теплое дружеское чувство, и оба они искренне радуются этому обстоятельству. Вдруг Келлер задумывается и мрачнеет:

« – Я хотел, так сказать, сообщив вам мою полную, сердечную исповедь, тем самым способствовать собственному развитию; с этою мыслию и заснул в четвертом часу, обливаясь слезами. Верите ли вы теперь благороднейшему лицу: в тот самый момент, как я засыпал, искренно полный внутренних и, так сказать, внешних слез (потому что, наконец, я рыдал, я это помню!), пришла мне одна адская мысль: ‟А что, не занять ли у него в конце концов, после исповеди-то, денег?” Таким образом, я исповедь приготовил, так сказать, как бы какой-нибудь ‟фенезерф под слезами”, с тем чтоб этими же слезами дорогу смягчить и чтобы вы, разластившись, мне сто пятьдесят рубликов отсчитали. Не низко это, по-вашему?

– Да ведь это ж, наверно, не правда, а просто одно с другим сошлось. Две мысли вместе сошлись, это очень часто случается. Со мной беспрерывно. Я, впрочем, думаю, что это нехорошо, и, знаете, Келлер, я в этом всего больше укоряю себя. Вы мне точно меня самого теперь рассказали. Мне даже случалось иногда думать, – продолжал князь очень серьезно, истинно и глубоко заинтересованный, – что и все люди так, так что я начал было и одобрять себя, потому что с этими двойными мыслями ужасно трудно бороться; я испытал. Бог знает, как они приходят и зарождаются» (Достоевский Ф.М. Идиот).

«Теория двойных мыслей» иллюстрируется в романе и другим рассказом, на сей раз совсем не анекдотичным. Афанасий Иванович Тоцкий, богатый помещик, «по великодушию своему, принял на свое иждивение и воспитание» семилетнюю сироту – дочь соседа по имению, бедного дворянина. Мать девочки погибла в пожаре, уничтожившем всё их скромное достояние, а отец от потрясения сошел с ума и вскоре умер. Тоцкий не дал ребенку пропасть, совершая, несомненно, благородный поступок. Но через несколько лет он заметил расцветающую красоту девочки, и великодушие уступило место вожделению: он всерьез взялся за образование Настасьи Филипповны, нанимая гувернанток и педагогов, а когда ей исполнилось 16, растлил и сделал своей наложницей... В какой момент он впервые взглянул на нее с вожделением?

Что бы ни совершал человек, он делает это не под влиянием только одного мотива – в его душе непременно оказывается целый букет устремлений самого разного толка, и внимательный взгляд всегда обнаружит там «змею под цветами» – гаденькую, пошленькую, корыстно-похотливую мыслишку.

Исходя из вышесказанного, можно уяснить странную позицию святых по отношению к самим себе. Даже будучи явно исполненными дарами благодатью Святого Духа, они совершенно искренне называли себя последними из грешников, «недостойными развязать ремень обуви Христа». Здесь нет никакого конфессионального позерства или привычки к самоумалению. В отличие от нас, святые попросту видели свою «змею под цветами», примесь зла и в совершенных ими великих делах, и даже совершая подвиги или особые дела милосердия, справедливо полагали, что «по-прежнему так и не приступили к делу покаяния».

Итак, все, что бы мы ни делали, получается в буквальном смысле «с грехом пополам». Особенность же греха состоит в том, что он всегда рикошетит по делающему его человеку, вне зависимости от того, на кого именно был направлен. Как констатировал герой другого романа Достоевского Родион Раскольников, «я не старушку убил – я себя убил». Всякое совершенное нами дело неизбежно оседает в нашей душе язвой греха.

Царь и псалмопевец Давид говорит: «вино веселит сердце человека» (Пс.103,15). Нельзя не согласиться, но требуется уточнить: оно действительно веселит, но только не в том случае, когда у человека есть гастрит или язва желудка. Откуда вокруг столько скорбящих и озлобленных, живущих при этом в полном достатке? Ничто не радует того, кто неспособен радоваться и пребывает в болезни. «Что пользы человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? И какой выкуп даст он за душу свою?» (Мф. 16, 26).

Когда человеку и красоты целого мира мало для радости, он не может быть счастливым. А Бог хочет, чтобы человек был счастливым, и потому «разбивает кувшин». Он подвергает нас «химиотерапии смерти», чтобы с ее помощью разделить нас с роковой болезнью. Умирать страшно. Иногда – болезненно. Но необходимо. Поэтому через смерть должны пройти все. Даже Божия Матерь, Которая не совершила личного греха. Священное Писание знает имена тех, кто живыми были восхищены на небо, но традиция однозначно говорит, что в последние времена и они тоже должны будут пройти через этот фильтр смерти, чтобы отсечь от себя всякое зло. Возможно, именно это имел в виду апостол Павел, когда говорил: «Для меня смерть – приобретение» (Флп. 1, 21).

Схожим образом к смерти относились и те, кого Иустин Философ называл «христианами до Христа». Решением афинского суда Сократ был приговорен к смертной казни. Палач принес чашу с растворенным в ней порошком из корня цикуты. Это яд, который осужденному надлежало выпить до захода солнца.

Философ не стал торопиться и провел последний свой день, беседуя, по обыкновению, с друзьями и утешая их: «Смерти бояться не нужно. Ведь человек боится того, что несет ему зло. А о смерти никто не знает, добро она или зло. Потому тот, кто боится смерти, думает, будто знает то, чего в действительности не знает. К тому же мне, всю жизнь посвятившему философии, было бы смешно бояться смерти, ведь философия – это и есть предуготовление к смерти. Странно было бы марафонцу, приближающемуся к финишу, поворачивать обратно, вместо того чтобы удвоить усилия в виду своей цели». Выпив яд, Сократ лег и произнес свои последние слова: «Критий, мы должны Асклепию петуха. Так отдайте же, не забудьте!»

Асклепий в греческой мифологии – бог врачевания. По обычаю, в жертву ему приносили белого петуха, когда человек выздоравливал после тяжелой продолжительной болезни.

Ясное понимание смысла смерти позволяет исключить из аскетической повестки дня задачу, которую многие считают едва ли не основной в жизни христианина – умерщвление страстей личным ожесточением воли.

В самой постановке этой задачи заключена роковая ловушка. Сплошь и рядом возникает типичная ситуация: к священнику приходит человек и заявляет: «Я ухожу из Церкви. То ли я безнадежен для Царствия Небесного, то ли ваши церковные ритуалы и практики попросту не работают. Будучи усердным прихожанином в течение двадцати лет, я послушно делал все, чему меня учили: читал молитвенное правило, постился дважды в неделю, регулярно бывал на Исповеди и причащался Святых Христовых Тайн; я даже жертвовал Церкви десятину своих доходов, но, увы, не стал лучше ни на йоту. Страсти так и не отступили, список моих грехов можно заламинировать и повесить на стену, ибо он не изменился со времени первой литургии. В последнее время, стоит мне приблизиться к исповедующему священнику, он приветствует меня фразой из мультика ‟Жил-был пес”: ‟Шо, опять?”

Таким образом, человек, если и не разочаровывается окончательно в Церкви, то по меньшей мере ставит под вопрос уместность своего пребывания в Ней. Отчего-то он уверен, будто Христос, апостолы или святые отцы завещали ему умерщвление страстей в качестве непременного условия спасения.

Но простое рассуждение приводит к мысли о невыполнимости этой задачи. Ведь если бы существовали аскетические практики, дающие человеку шанс собственным усилием победить страсти, зачем Богу приобщать к смерти всех нас, начиная от Адама и Евы? Кто станет подвергать пациента мучительной химиотерапии, если опухоль может рассосаться сама, в результате гимнастики и массажа? Логичнее было бы сделать наоборот и предоставить человеку неограниченное время жизни для самосовершенствования: живи, дескать, вот тебе в качестве задатка тысяча лет для того, чтобы бросить курить. В этом случае мы имели бы другое Евангелие и совершенно иную веру.

Но пока это простое рассуждение не сделано, каждое новое поколение христиан попадает в одну и ту же ловушку: сначала человек ставит себе принципиально недостижимую и противоречащую евангельскому учению цель, потом вполне ожидаемо ее не достигает, вследствие чего разочаровывается и ищет запасной выход из Церкви.

Но возникает вопрос: если страсти нельзя умертвить прежде смерти, почему мы все-таки призваны бороться с ними всю жизнь? Вспомним наших знаменитых дрессировщиков братьев Запашных. Они не убивают своих тигров, да и лев в результате дрессировки не превращается в в безобидного хомячка. По-прежнему оставаясь опасным хищным зверем, их подопечный всего лишь покоряется разумной воле человека и в нужный момент по знаку дрессировщика послушно усаживается на тумбу.

Аскетическая задача христианина состоит не в том, чтобы убить в себе страсти, но в том, чтобы не дать страстям убить в себе человека и удержать их «на тумбе», то есть по меньшей мере в рамках Уголовного кодекса и традиции христианского благочестия. Нужно признать: сделавшись пьяницей, человек уже до самой смерти не сможет освободиться от зависимости, но воздерживаться от алкоголя до конца своих дней ему вполне по силам. Наша цель – не победа, но оборона. Эта «игра на удержание счета», помимо всего прочего, является важным показателем направленности нашей воли: куда указывает ее стрелка? На Небесное Царство и на Христа, как на цель и полюс нашего бытия? Или в сторону от Него?

Впрочем, одну конкретную страсть, наверное, возможно победить. Жития святых и практика современного христианства знают примеры этого. Но место одного побежденного врага непременно займет другой – так что победа в баталии все же не принесет победы в войне. Бог иной раз намеренно попускает человеку грубую страсть, чтобы на освободившемся месте не выросла тонкая и, значит, более губительная. Так, обещая народу Израиля землю, на которой тот может поселиться, Господь говорит: «Ужас Мой пошлю пред тобою, и в смущение приведу всякий народ, к которому ты придешь, и буду обращать к тебе тыл всех врагов твоих… (Но) не выгоню их от лица твоего в один год, чтобы земля не сделалась пуста и не умножились против тебя звери полевые» (Исх. 23, 27–29).

Так что не стоит отчаиваться или разочаровываться, наблюдая множество своих грехов. То, что не сможем одолеть мы, победит смерть. Многократно падающий, но не оставляющий борьбы человек вполне может быть причислен к мученикам и исповедникам. Цель нероновых палачей заключалась не в том, чтобы, к примеру, содрать с христианина кожу – на что им такое приобретение? – но в том, чтобы сломить его волю и вынудить отречение. В случае успеха казнь можно было и не совершать: инерция отступничества психологически уже не позволяла человеку вернуться к прежней христианской практике. То же делают и бесы, искушая нас, и порой преуспевают в своем деле.

Смерть как «химиотерапия», разделяющая добро и зло, – только первый этап лечения. В случае успеха перед врачом встает не менее сложная задача – реабилитация.

Иеромонах Симеон (Мазаев)

2 мая 2021 г.

Отредактировано Ольга79 (2021-05-03 20:47:29)

92

Иерей Родион Альховик. КАК БОРОТЬСЯ СО СТРАСТЯМИ? https://obitel-minsk.ru/chitat/den-za-d … strastyami

Свернутый текст

«Должно снисходить и душе своей, в ее немощах и несовершенствах,
и терпеть свои недостатки, как терпим недостатки ближних,
но не лениться и побуждать себя к лучшему».
(Преподобный Серафим Саровский)

Православие — это всегда поиск золотой середины в духовном труде и аскетическом подвиге. Но чтобы ее найти, необходимо понимать, что такое страсть, грех, добродетель. Понимать, чтобы бороться со злом внутри себя и взращивать добро и любовь. О борьбе со страстями размышляет клирик нашего монастыря иерей Родион Альховик.

— «Грех» в переводе с греческого означает «промах», «ошибка». Противоположностью такого промаха служит добродетель. Совершая добродетель, мы попадаем в цель, а грех уводит нас от цели человеческого существования, Божиего замысла, противоречит предназначению человека, созданного по образу и подобию Божию.

Страстями называются уже закрепленные греховные навыки, а в переводе слово «страсть» звучит как «жжение совести». Страсть действительно жжет душу человека, и он совершает один и тот же грех.

До грехопадения первые люди, Адам и Ева, жили в раю с Богом, были счастливы и безгрешны, и жизнь их была самодостаточной. Дьявол позавидовал и искусил первых людей. С тех пор каждый из нас рождается с первородным грехом, то есть грех свойственен естеству человека.

Но как нам бороться с нашими страстями? Об этом святыми отцами написано много литературы, которую необходимо изучать и воплощать прочитанное в свою жизнь. Для преодоления грехов и страстей человеку нужен труд. Но чтобы не навредить самому себе, важно понимать, каким должен быть этот труд.

Для начала нужно разобраться, какие вообще бывают грехи. Опять-таки, на эту тему много написано. Одна из известных книг — «В помощь кающимся» свт. Игнатия Брянчанинова, где расписаны все грехи и добродетели. Но корень всех зол — гордыня. Это то семя, которое есть в каждом человеке и из которого произрастают все остальные смертные грехи: жадность, зависть, гнев, распутство, чревоугодие, лень.

«Маленьких», или незначительных, грехов не существует, с каждым из них необходимо бороться. Вспомним притчу из Евангелия, когда человек вычистил свою душу, выгнал беса, а потом ничего не делал, никак не заполнил свое душевное пространство, и в итоге вместо одного беса пришли семеро, еще злейших. Это о чем говорит? Когда человек пришел в храм и начал участвовать в таинствах, важно делать это постоянно. Это как тренировка тела: только ежедневно поддерживая физическую форму, заботясь о своем здоровье, можно не быть больным, дряхлым и слабым. Если ты запустил себя, то любая физическая нагрузка становится в тяжесть. Но стоит начать хотя бы по чуть-чуть приводить тело в порядок, как вскоре любые упражнения будут в радость. Так же и с душой: важно ее тренировать, делать усилия в духовной жизни, развивать добродетели.

Как часто люди венчаются, крестятся, а затем не исповедуются, не причащаются! Сколько пар приходят разводиться: «Вот мы венчались, а сейчас разводимся — Бог нам не помог». Спрашиваешь: «А молитесь ли вы дома, поститесь ли, ходите ли в храм?» Ответ очевиден: нет. Это как если бы человек устроился на работу, ни разу туда не пришел, а в конце месяца потребовал зарплату. Тренировка души должна быть постоянной.

В любой области, будь то музыка, спорт или что-то еще, если мы хотим чего-то достичь, необходимо постоянно прикладывать усилия, развиваться, быть готовым терпеть неудачи и двигаться дальше. Вот почему преподобный Серафим Саровский говорил, что для борьбы со страстями нужно в первую очередь потерпеть себя, свои немощи. Терпение и труд всё перетрут. Да, мы совершаем ошибки, вновь и вновь падаем, но через покаяние очищаемся, а через Причастие — получаем силы для дальнейшей борьбы.

И в этой борьбе важно не унывать. Бывает, мама долго молится за пьющего сына или жена — за мужа: постится, причащается, акафисты каждый день читает, а ничего не меняется, результата нет годами и даже десятилетиями. Нельзя опускать руки, сдаваться, нужно идти до конца. Претерпевший же до конца спасется (Мф. 24: 13).

Никто из нас не знает замысел Бога о нас — сколько нужно времени для преодоления греха. Вспомним житие преподобной Марии Египетской. В 12 лет она ушла из дома и блудила 17 лет! Даже отправившись на корабле на праздник Воздвижения Креста Господня, она умудрилась совратить паломников. И только когда Господь не пустил ее в храм, она увидела свою греховную жизнь, раскаялась и ушла в египетскую пустыню, где до встречи со старцем Зосимой прожила 47 лет! Греховные помысли одолевали ее 17 лет. Получается, сколько она грешила, столько лет страсть мучила ее, подталкивая вновь совершить грех.

Как-то к преподобному Амвросию Оптинскому приехала женщина с просьбой исцелить ее дочь от эпилепсии. Раньше дочка была красавицей, умницей, ее приглашали на балы, вокруг было множество кавалеров. А теперь всё изменилось: они ездят по монастырям, молятся, посещают старцев, но болезнь не уходит. «Отче, помоги!» — просила женщина. На что преподобный Амвросий ответил: «Так если я вам помогу — она опять на танцы побежит».

Господь лучше знает, что полезно для человека, когда лучше избавить его от страсти. Наша задача — трудиться, всю надежду возложив на Бога.

Еще один значимый момент, о котором говорят святые отцы, — необходимо познавать себя. Первая заповедь блаженства звучит так: Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное (Мф. 5: 3). Быть «нищим духом» — значит понимать, что сам по себе, без благодати и помощи Божией, ты ничего сделать не можешь. Когда человек познает себя, свои греховные наклонности, он начинает вникать и в способы борьбы со страстями. А способы заключены в добродетелях, противоположных грехам: гордыня — смирение; жадность — щедрость; зависть — любовь; гнев — доброта; распутство — воздержание; чревоугодие — умеренность; лень — усердие.

Познавая себя, не смущайтесь, когда обнаружите в себе страсти. Не нужно тратить силы на смущение, недоумение, уныние. Лучше потратить их на борьбу с грехом. Иной раз человеку кажется, что он весь такой смиренный и терпеливый, но стоит кому-то в транспорте ему на ногу наступить или как-то не так ответить — и смирение как рукой сняло… Это говорит о том, что мы далеки от совершенства смирения и кротости.

Если нас одолевает грех жадности, скупости, сребролюбия — нужно учиться щедрости. У многих людей шкафы забиты вещами, которыми они не пользуются, но зачем-то хранят, хотя могли бы кому-то помочь: многодетным матерям, старикам. Святитель Иоанн Златоуст советовал для начала раздать ненужные вещи. А потом, когда вы начнете испытывать радость от благодарности людей, возможно, вам захочется отдать уже и то, к чему привязана душа.

Нам нужно быть очень внимательными. Дьявол часто усыпляет человека, пытается подтолкнуть его к ослаблению сопротивления. Например, внушает алкоголику: «Ну, ты только пивка попей». Страстный человек цепляется за такой «маленький» грех и стремительно падает.

На эту тему есть хорошая притча. Один монах зашел в харчевню, и ему на выбор представилось три греха: напиться, сблудить и убить человека. «Я лучше выпью, это не так страшно, а завтра протрезвею и начну снова жить духовной жизнью». В итоге он опьянел, соблазнил девушку, подрался и убил человека.

Да, страсти постоянно будут нас одолевать, но важно быть настойчивыми. И, конечно, не забывать о том, что без благодати Божией никакой грех преодолеть не получится. Иначе мы впадем в еще больший и тяжелейший: вот бросил человек курить и начинает превозноситься, гордиться собой, осуждать других; закодировался — и стал злым, замкнутым, жадным… Вроде от одной страсти ушел, но появились другие, злейшие.

В Крещении нам дана вся полнота духовной борьбы со страстями. Святитель Феофан Затворник сравнивал некрещеного человека с городом, ворота которого всегда открыты, — любые разбойники могут зайти и разорить его. Город — это наша душа. А крещеные христианине, наоборот, имеют надежную охрану — благодать Духа Святого. Но не нужно рассчитывать, что благодать всё сделает за нас, придется и самим потрудиться.

Господь сотворил человека свободным. Грех — это продукт нашей свободной воли. Дьявол настолько искусен, что своими силами мы бороться не можем. Поэтому так важно почаще прибегать к таинствам Исповеди и Причащения, чтобы Господь укрепил нас. Конечно, нужна соответствующая подготовка. Иной раз родители несут своих детей к Чаше, но сами годами не принимают Тела и Крови Христа, а потом удивляются, почему чада такие непослушные, грубые, капризные.

Вообще, чем позже человек «познакомится» с грехом, тем легче с ним будет справиться. Прутик сломать легко, а вот старое дерево — невозможно, уже нужны специальные инструменты. Чем дольше мы пребываем в страсти, тем сложнее ее искоренить. С одной стороны, сегодня больше информации, больше возможностей, с другой — и искушений тоже больше. С раннего детства ребенок пользуется смартфоном, где можно увидеть всё, что угодно. И к подростковому возрасту у него уже множество помыслов, страстей. Воспитывать внутреннее целомудрие и чистоту сегодня намного труднее. Умные родители, в том числе и руководители корпораций, которые как раз-таки производят и продают телефоны и приложения, своим детям разрешают пользоваться гаджетами в лучшем случае полчаса в день. Я бываю в школах и ужасаюсь, потому что, по словам самих школьников, они проводят в телефонах по 2–3 часа в день минимум, и то если родители как-то их контролируют.

Наша задача — искать Богопознания и Богообщения, стремиться к соединению с Богом. Только так человек может стать действительно бесстрастным, а значит, счастливым и свободным.

Одного святого, подвизавшегося много лет в монастыре в пустыне, Господь отправил в город посмотреть на двух женщин: «Они живут более духовной жизнью, чем ты». Старец пришел и увидел обычных женщин. Тогда он начал расспрашивать их, как же они живут и как подвизаются. На что женщины ответили, что ничего особенно не делают: слушаются мужей, никогда не перечат им, любят и заботятся о детях, занимаются бытом, стараются всегда помнить о Боге. Таким образом Господь показал подвижнику добродетели, противоположные гордыне — смирение и кротость.

Иногда, начитавшись историй об аскетических подвигах святых, и мы хотим им подражать, совершать ночные молитвы, ничего не есть. Нам кажется, что в этом и заключается глубина и высота духовной жизни. Но молитвы, поклоны, посты — это лишь средства, чтобы мы стали настоящими христианами и обрели духовный мир, научились все жизненные обстоятельства воспринимать правильно: с терпением, смирением и благодарностью Богу. Человек может годами ходить в храм, но в сложной ситуации начинает паниковать, роптать, унывать и отчаиваться. А значит, он, по сути, и не начинал еще свой духовный путь. Святые отцы говорят, что можно не совершать никаких чудес и особенных подвигов, но за одно смирение спастись. Смирение — та добродетель, через которую Господь может войти в нас. Благодарность Богу за всё — это и есть состояние смирения. «Слава Богу за всё: и за скорбь, и за радость». И если мы обретем истинное смирение — станем самыми счастливыми людьми. Желаю всем, братья и сестры, сил на духовный труд, чтобы почувствовать радость встречи с Господом!

Подготовила Мария Котова

20.05.2021

93

Андрей Горбачев. КАК РОЖДАЕТСЯ СТРАСТЬ? https://pravoslavie.ru/74388.html :

Свернутый текст

«Не из праха выходит горе, и не из земли вырастает беда», — рассуждал один из друзей праведного Иова Многострадального (Иов 5:6). Поскольку для христианина горем и бедой являются, прежде всего прочего, грех и предшествующая ему страсть, то и о них можно сказать, что «не из праха выходит» страсть, «и не из земли вырастает» грех, но появляется на почве человеческого сердца. Сам Господь предостерегал нас, говоря, что «извнутрь, из сердца человеческого, исходят злые помыслы, прелюбодеяния, любодеяния, убийства, кражи, лихоимство, злоба, коварство, непотребство, завистливое око, богохульство, гордость, безумство, — все это зло извнутрь исходит и оскверняет человек» (Мк.7:21-23). То есть, согласно евангельскому учению не только совершённый на деле грех, но и душевное стремление к нему, которое мы называем страстью, само по себе не является безвинным и тоже есть грех.

Святые отцы Церкви, достигшие победы в борьбе над своими страстями, оставили нам подробное описание этой борьбы. В частности, они тщательно исследовали ступени формирования страсти в человеческой душе.

«Путешествие в 1000 ли начинается с одного шага», — говорят китайцы. Так и любая страсть начинается с одного помысла, который называется «прилог». Этот термин обозначает не только мысль, но и образ, чувство, желание или состояние, внезапно возникающее в человеческой душе, впрочем, не любые мысль или состояние, а именно — направленные на удаление от Бога. Невозможно полностью избежать прилогов, но во власти человека — принять его или отвергнуть. В Древнем патерике описывается такой случай: «Брат пришел к авве Пимену и говорит ему: у меня много помыслов, я в опасности от них. Старец выводит его на воздух и говорит ему: раскрой свою пазуху и не впускай ветра! Не могу этого сделать, — отвечал брат. Если сего не можешь сделать, — сказал старец, — то не можешь воспрепятствовать и помыслам, приходящим к тебе, но твое дело — противостоять им».

Согласно святоотеческим поучениям, самый надежный способ борьбы со страстью — отсечение ее в самом начале, т.е. отвержение прилога. «Если помыслы будем отсекать, отсечем и грех, — учил святитель Тихон Задонский. — От помыслов и грех бывает, как от корня — дерево».

Следующая ступень укрепления страсти в человеческой душе носит название «сочетание» и представляет собой собеседование с помыслом. Помысел притягивает внимание искушаемого, который теперь подвергается опасности увлечься грехом. Поэтому сочетание не всегда остается для человека невинным. Если он чувствует некоторое удовольствие от собеседования, то уже воля склоняется в сторону греховного помысла и влечет человека к другой стадии.

Стадия эта именуется «сосложением». На этом этапе совершается уже полное принятие преступного помысла, который увлекает и наполняет ум, чувства и волю человека, так что грех начинает действовать в человеческой душе и готовить совершение греха самим делом.

Замедление в этом состоянии приводит к очередной ступени, называемой «пленением», состояние, имеющее от предыдущих качественное отличие. Если до этих пор человек мог своими силами не только сопротивляться греховным помыслам, но и преодолевать их («если не делаешь доброго, у дверей грех лежит; он влечет тебя к себе, но ты господствуй над ним» (Быт. 4:7)), то теперь исчезает даже само желание оставить греховный помысел. Если же таковое и появляется, то без внешней помощи человек уже не в силах избавиться от завладевшего им порочного желания.

И завершающей ступенью этой лестницы в бездну является собственно страсть, парализующая волю и как некий внутренний деспот влекущая человека ко греху. Впрочем, и без исполнения на деле сама страсть губительна для человека и требует для избавления от нее многих усилий, молитв, Божественной и человеческой помощи.

Преподобный авва Дорофей трудность борьбы с укоренившейся страстью иллюстрировал следующим рассказом: «Один великий старец прохаживался с учениками на некотором месте, где были различные кипарисы, большие и малые. Старец сказал одному из учеников своих: вырви этот кипарис. Кипарис же тот был мал, и брат тотчас одною рукою вырвал его. Потом старец показал ему на другой, больший первого, и сказал: вырви и этот; брат раскачал его обеими руками и выдернул. Опять показал ему старец другой, ещё больший, он с великим трудом вырвал и тот. Потом указал ему на иной, ещё больший; брат же с величайшим трудом сперва много раскачивал его, трудился и потел и, наконец, вырвал и сей. Потом показал ему старец и ещё больший, но брат, хотя и много трудился и потел над ним, однако не мог его вырвать. Когда же старец увидел, что он не в силах сделать этого, то велел другому брату встать и помочь ему; и так они оба вместе едва успели вырвать его. Тогда старец сказал братии: “Вот так и страсти, братия: пока они малы, то, если пожелаем, легко можем исторгнуть их; если же вознерадим о них, как о малых, то они укрепляются, и чем более укрепляются, тем большего требуют от нас труда; а когда очень укрепятся в нас, тогда даже и с трудом мы не можем одни исторгнуть их из себя, ежели не получим помощи от некоторых святых, помогающих нам по Боге”«.

По причине того, что замедление в грехе и греховных помыслах для человека становится страшнее самого греха, святые отцы призывали прибегать к покаянию как можно скорее, даже если падения повторяются многократно. В «Достопамятных сказаниях о подвижничестве святых и блаженных отцов» мы находим следующую историю: «Брат спросил авву Сисоя: “Что мне делать, авва? Я пал”. Старец отвечал: “Встань”. Брат говорит: “Я встал и опять пал!” “И опять встань”, — отвечал старец. Брат еще спросил: “Доколе же это будет?” “Пока не будешь взят из жизни сей добрым или порочным, — сказал старец, — Ибо кто каким тогда окажется, тот таким и пойдет туда”».

Может возникнуть вопрос, но отчего же мы в большинстве своем не поступаем так, то есть, не прибегаем к помощи покаяния немедленно, сразу по совершении греха? Если же и покаемся, то редко кто не возвращается, как говорит Писание, «на свою блевотину» (2 Пет. 2:22). Прп. Амвросий Оптинский сетовал: «Какое ныне настало время! — говорил он. — Бывало, если кто искренно раскается во грехах, то уже и переменяет свою греховную жизнь на добрую; а теперь часто бывает так: человек и расскажет на исповеди все свои грехи в подробности, а потом опять за свое принимается».

Вероятно, это происходит в силу нашей раздвоенности, нецельности, что в свою очередь ведет к неспособности принять волевое решение, т.е., к отсутствию решимости. Именно отсутствие решимости по мысли преподобного Серафима Саровского не дает нам подражать древним. И решимость эту нужно проявлять уже на самой ранней стадии развития страсти — против прилога. Если же наша нерешительность не дает нам совершить это сравнительно нетрудное, но необходимое действие, то и силы уходят на борьбу со страстями, разрастающимися порой до чудовищных размеров.

А вот как отсекать прилог в самом начале — это каждому приходится решать индивидуально. К примеру, Императрица Екатерина II имела правило ничего не говорить в приступе гнева, но ждала, пока придет в спокойное расположение духа, и, чтобы облегчить себе трудность молчания, буквально набирала в рот воды. Похожим образом поступал преподобный Моисей Оптинский, который вразумлял провинившихся монахов не сразу, а когда происшествие несколько забывалось.

Конечно же, святые отцы для победы над помыслами в качестве необходимейшего и самого действенного средства предлагают нам молитву. Вот что говорил об этом прп. Иоанн Колов: «Я подобен человеку, который сидит под высоким деревом и видит, что приближается к нему множество зверей и змей; если он не может противостать им, то влезает на дерево и спасается. Так и я, безмолвствуя в келлии моей, вижу злые помыслы, восстающие на меня; когда не могу противостать им — прибегаю к Богу молитвою и спасаюсь». Но этому несложному на первый взгляд умению христианину предстоит учиться всю жизнь.

94

Митрополит Лимасольский Афанасий. БЕЗ ЧЕГО МИРУ НЕВОЗМОЖНО СУЩЕСТВОВАТЬ. Беседа о Божественной литургии https://pravoslavie.ru/139927.html

95

«Никогда не забуду яркий эпизод из моей жизни в семинарии. Это было на лекции по истории Церкви, которую нам читал достойный и уважаемый московский протоиерей. Этой историей он не очень интересовался, поскольку по образованию был искусствовед. Но один период этой истории его буквально вдохновлял. Конец XV века, борьба с ересью жидовствующих. Он очень пламенно и вдохновенно рассказывал нам, семинаристам, какой молодец был прп. Иосиф Волоцкий, когда просил великого князя казнить еретиков. Преподаватель при этом всячески напоминал, что ересь эта не канула в историю. Мельком он упомянул и про прп. Нила Сорского, который по вопросу казни еретиков противостоял прп. Иосифу.

Хорошо зная эту историю и желая, чтобы другие семинаристы услышали её полностью, я спросил лектора: „Какие были аргументы у прп. Нила против казни еретиков?“ Преподаватель был очень раздражён моим вопросом, но всё же ответил: „Какие аргументы? Ну, на Евангелие он ссылался, но…“

Язык Евангелия давно у нас под подозрением. Он же универсальный. На нём кто только не говорит: и баптист, и светский гуманист может вспомнить, и граф Толстой его любил. А наш язык — это язык святых отцов, язык предания. Но дело в том, что и этот язык так толком и не привился, ибо он требует навыка. А главное — без Евангелия его не понять.

И остаётся язык мира сего, приправленный православной мифологией. На таком языке можно говорить внутри Церкви, и даже очень удобно, ибо та­кой язык легко переходит в идеологию. А она, как известно, намного эффективнее сплачивает ряды, чем какое-то Евангелие.

И с миром на таком языке говорить проще, ибо это мирской язык. „Свои; чужие; империя зла; империя добра; сплотимся вокруг; враг не пройдёт“. Многие в мире ждут от Церкви такого языка и приветствуют его, он им понятен. Многие, но далеко не все. Нужны ли нам эти другие — те, кто хочет услышать от нас Евангельский язык?

Когда 30 лет назад было очевидно, что времена меняются и Церковь входит в новую, небывалую для неё эпоху, отец Александр Мень говорил, что главная задача, которая сейчас стоит перед нами, это не реформа богослужения, устава и так далее. Это вещи, несомненно, очень важные, и до них должно дойти время. Самое главное — это евангелизация как народа, так и духовенства».

Протоиерей Вячеслав Перевезенцев

96

Екатерина Филатова. Отец Ростислав Валихновский пояснил, чего нельзя просить у Бога и почему https://spzh.news/ru/news/80997-otec-ro … -i-pochemu :

Свернутый текст

В новом выпуске «Духовного иммунитета» отец Ростислав пояснил, почему многие люди терпят фиаско на своем духовном пути.

Заслуженный врач Украины и священнослужитель Украинской Православной Церкви протоиерей Ростислав Валихновский рассказал, чего никогда нельзя просить у Бога и почему. Новый выпуск видеопроекта «Духовный иммунитет» с о. Ростиславом опубликован на YouTube-канале УПЦ.

Священнослужитель напомнил, что в христианском подвижничестве есть множество примеров, когда люди в своих поисках Истины прошли очень далеко, «но их духовная дорога, к сожалению закончилась фиаско, большой трагедией и даже самоубийством».

«Часто в Церкви мы видим людей, которые подходят к богослужениям и молитве как к чему-то внешнему – просто нужно отбыть, отстоять, прийти, не погружаясь в суть того, что говорится, о чем просится и чем живет христианская община. А есть люди, которые ищут каких-то сверхособенных духовных переживаний, состояний, чудотворений, прозорливости, т.н. экстаза или сверхкомфорта. Эти состояния являются чрезвычайно страшной ловушкой и ошибкой христианина. В поисках этих состояний человек не просто не получает спасения – главной цели жизни христианина, а происходит трагедия – вместо Бога человек встречает Его противоположность, дьявола», – рассказал он.

С другой стороны, отметил о. Ростислав, у святых Православной Церкви мы видим такие дары, как прозорливость, духовная чистота, святость, чудотворения и многие другие.

«Мы должни измениться, очиститься от страстей на протяжении нашего жизненного пути – только тогда мы сможем иметь возможность получать те наслаждения, те радости, которые встретили в своей жизни святые», – пояснил он.

Когда человек начинает меняться, продолжил о. Ростислав, «по благодати Божьей мы начинаем все больше и больше видеть свою греховность. Пытаясь исполнять заповеди Господни, мы видим, как у нас мало сил и сами мы практически ничего не можем сделать. Именно в эти моменты мы кричим: "Спаси меня, Господи!"». И только по милости Божьей и нашим большим стараниям мы можем получить эту помощь в искоренении собственных грехов.

Награда же, как известно, дается не добродетелям и трудам ради них, а смирению, которое рождается от них.

«Потому не будем искать и просить у Бога каких-то духовных сверхпереживаний, состояний, даров и комфорта. Наш путь – это путь покаяния, очищения, борьбы со страстями и постепенного исцеления по Его безграничной милости. Тогда Господь, конечно, даст то, что согласно Его Промыслу будет полезным, безопасным, радостным и светлым для наших бессмертных душ», – подытожил протоиерей Ростислав Валихновский.

97

Многие люди думают, что жить по вере и исполнять волю Божию очень трудно. На самом деле — очень легко. Стоит лишь обратить внимание на мелочи, на пустяки и стараться не согрешить в самых маленьких и легких делах. Этот способ самый простой и легкий, чтобы войти в духовный мир и приблизиться к Богу.

✒ архимандрит Иоанн (Крестьянкин)

98

Схиархимандрит Илий (Ноздрин): "Господь не ломал волю учеников, и никакой духовник не может" https://foma.ru/sxiarximandrit-ilij-noz … MemcaVDCbg .

99

Патриарх Кирилл: В нашу эпоху отрицание Божиего закона становится не просто возможным, но и оправдывается законодательно https://www.pravmir.ru/patriarx-kirill- … nodatelno/ :

Свернутый текст

14 апреля 2013 года, в неделю 4-ю Великого поста, преподобного Иоанна Лествичника, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Литургию в Богородице-Рождественском монастыре в Москве, сообщает Патриархия.ru. По окончании богослужения Святейший Владыка обратился к верующим с проповедью.

Ваши Высокопреосвященства и Преосвященства! Всечестная матушка Викторина! Дорогие отцы, братия и сестры!

Всех вас сердечно приветствую и поздравляю с четвертым воскресеньем Великого поста, посвященным памяти святого преподобного Иоанна Лествичника. Радуюсь, что в этот день мы совершили Божественную литургию в Богородице-Рождественском ставропигиальном монастыре города Москвы, и во время этой Литургии две хиротонии — во епископа и во иерея.

Евангельское чтение, которое надлежит прочитывать за Литургией в четвертое воскресенье Великого поста, содержит в себе повествование об исцелении бесноватого (Мк. 9:17-31). С одной стороны, повествование радостное, потому что все заканчивается исцелением. Но, с другой стороны, повествование драматическое — о том, как отец, несчастный отец, убитый горем, ибо его сын страдал страшной болезнью — одержимостью злым духом, — пришел к Спасителю с просьбой об исцелении.

Из Евангелия известно, что сперва он обращался с этой просьбой к ученикам, потому что в то время Спасителя среди них не было. Он был на Фаворе вместе с Петром, Иаковом и Иоанном, а все остальные оставались внизу. И вот к ним подошел некий житель Галилеи с просьбой исцелить своего сына, который страдал тяжкой болезнью. Дух злобы бросал его, он бился о камни и телом, и головой, он терял сознание, он кричал, он действительно бесновался, он был, выражаясь нашим современным языком, человеком, неспособным к жизни в социуме, к общению с другими. Конечно, сердце отца обливалось кровью, и он обратился к ученикам — к тем самым, кому Господь, направляя на проповедь, дал власть изгонять бесов (см. Мф. 10:8). Но ученики не смогли изгнать беса, и тогда, как к последней надежде, отец обращается к Господу и Спасителю, когда Тот сошел с Фавора, и говорит Ему: «Ученики Твои не смогли сделать этого — прошу Тебя, исцели сына моего». И Господь выдвигает только одно условие — поверить, что Он может это сделать. Когда несчастный отец говорит: «Верю, Господи, помоги моему неверию», — значит, это неверие в какой-то степени еще оставалось в тайниках души. Наверное, трудно было представить отцу, что его сын исцелится во мгновение ока. Но он просит Господа, чтобы Тот помог ему преодолеть неверие, и тогда Господь исцеляет несчастного.

Оставшись наедине с апостолами и отвечая на вопрос, почему же они не смогли исцелить бесноватого, Господь не укоряет их в том, что и они не имели достаточно веры. А ведь апостолы получили власть изгонять бесов! Наверное, столкнувшись лицом к лицу с бесноватым юношей, они испугались злой силы, которая так тотально господствовала над личностью, над природой несчастного, и где-то в глубине души подумали: «Ну как мы можем это исцелить?» Может быть, и сказали что-то, а ничего не получилось. Поэтому Господь и говорит, обращаясь к ученикам: «Род же сей, — то есть диавольский род, — изгоняется только молитвой и постом». Наверное, из-за этих слов мы и читаем это Евангелие в четвертое воскресенье поста.

Что же такое беснование? В той крайней форме, которая представлена в Евангельском повествовании, — это, конечно, полное, безграничное господство темной силы над духовной и физической природой человека. И мысли, и чувства, и движения — все в руках этой силы, которая, по природе своей не имея способности принести пользу, приносит не просто вред, но ввергает жизнь в полный кошмар. Собственно говоря, это уже не человеческая жизнь. В ней нет ничего человеческого, а только боль, страдание, скорбь, гнев, потому что над человеком господствует злой дух. Конечно, это крайняя форма беснования, но сила зла действительно способна оказывать реальное влияние на людей.

Всякий раз, когда мы, поддаваясь искушениям, сознательно совершаем грех, мы становимся в какой-то степени бесноватыми. Часть нашей воли, нашего разума и наших чувств оккупируются злой силой настолько, что даже наши религиозные убеждения, наша вера, наша знание Священного Писания не удерживают нас от совершения греха — грех господствует над нами.

К счастью, очень часто после этого приходит раскаяние. Человек раскаивается пред Господом в своих мыслях и поступках, и даже в самый момент совершения греха в глубине души сознает, что поступает по диавольской воле, что нарушает волю Божию. Поэтому временные беснования наши, — а каждый проходил и проходит через то, о чем сейчас идет речь, — сменяются присутствием благодати Божией, которая подается нам через наше раскаяние, через осознание наших грехов, через принятие Святых Христовых Таин.

Но временное беснование может расширять свое пространство в душе человека. Если совершаем грех один раз, затем второй, третий, пятый, десятый, если привыкаем к греху, если находим какие-то объяснения, в том числе псевдобогословские, своим падениям и своим грехам, то пространство беснования в нашей душе расширяется. А если человек переступает некую черту, когда зла в его сердце становится больше, чем добра, то он уже бесноватый, над ним господствует сила зла. Этой чертой является потеря способности отличать добро от зла, а грех — от правды Божией. Когда это происходит в жизни отдельного человека, значит, чаша весов склонилась в сторону зла, перешла через некий баланс. И, если не произойдет чудо Божие, эта чаша весов с ускорением устремляется вниз, в бездну, и человек становится добычей темной силы, — тогда уже мало что может его спасти.

Итак, должна быть способность отличать добро от зла. А как эта способность реализуется в нашей жизни? Посредством голоса нашей совести. Но ведь нередко бывает так, что мы усыпляем нашу совесть — нашими эмоциями, нашим созданием некоего образа врага в лице ближнего, нашим оправданием неправды. Успокаивая и убеждая себя в правоте действий, мы смешиваем понятия добра и зла. Если вовремя не остановиться, не осознать, не раскаяться, не взмолиться о пощаде к Богу, не принять Святых Христовых Таин, то это падение может быть необратимым.

Но все то, что справедливо в отношении человека, справедливо и в отношении человеческого общества. И переживаемая нами эпоха отличается от всех предыдущих тем, что смешение добра и зла, полное забвение, игнорирование, отрицание Божиего закона — на уровне мировоззрения, убеждений и действий каждого человека, — становятся сегодня не просто возможными, но нередко и оправдываемыми, в том числе законодательно, как это мы видим в целом ряде стран мира, когда грех, испепеленный огнем и серой над градами Содомом и Гоморрой, ныне провозглашается правом людей и, более того, защищается законом.

Если человек теряет способность отличать добро от зла, если голос его совести спит, если он постоянно оправдывает совершение греха, он становится не просто отчасти бесноватым — он становится жертвой темной силы. Иногда это действительно приводит к страшным проявлениям, таким, как припадки, когда только опытный психиатр может отличить физическую болезнь головного мозга и нервной системы от воздействия темной силы. А иногда это воздействие темной силы и порабощение ею человека не сопровождается никаким буйством и никаким помешательством: человек может быть умным, привлекательным, веселым, остроумным, внешне симпатичным и преуспевающим — и одновременно бесноватым.

Сегодня мы празднуем память святого преподобного Иоанна Лествичника, который, написав «Лествицу», дал всем нам некие уроки — в том числе преодоления нашей частичной бесноватости. Он учит нас тому, как нужно преодолевать наши пороки, которые являются проявлением греховного, то есть диавольского начала в человеке. Это великая мудрость вошла в традицию нашей Церкви, и многие люди — как иноки, так и миряне — спасаются, вчитываясь в замечательные слова Синайского игумена.

Но ведь это не только слова. И сам Иоанн Лествичник, и братия его, и неисчислимое количество иноков и инокинь и народа Божиего эти слова осуществляли в своей жизни. Сегодня мы отмечаем 100-летие со дня преставления преподобного Варсонофия Оптинского, великого старца, отделенного от нас тремя поколениями наших предшественников. Он так близок к нам, память его так жива в нашем благочестивом народе, особенно в Оптиной пустыни. Изгнав всякое беснование из плоти и души своей, этот преподобный угодник реально воплотил в своей жизни то, чему учил преподобный Иоанн Лествичник. А когда человек освобождается от тяготения злой силы, он чувствует радость Божиего присутствия, потому что, чем меньше зла, тем больше добра в сердце, а вместе с добром — радости, мира душевного, того, что мы называем простым словом «счастье».

Пусть сегодняшний воскресный день, чтение Евангельское, воспоминание об аскетических трудах святого преподобного Иоанна Лествичника и о подвигах преподобного Варсонофия Оптинского всех нас укрепят в невидимой брани, которая совершается в человеческом сердце. Аминь.

100

Спасибо, сестра!
Патриарх, ярчайше высказал!

101

Последнее на сегодня из А.И. Осипова.)

Алексей Ильич Осипов

Главная болезнь нашего времени — духовная растерянность верующего человека. Непонимание существа Православия, правильной молитвы, различия между телесным и духовным подвигом, вообще духовной жизни, пагубное смешение средств этой жизни с ее целью, незнание ее критериев и отсюда нередко возникающее глубоко ошибочное мнение о тождестве православного пути богопознания с мистицизмом (прелестью) иных христианских конфессий, иных религий — все это печальный факт современной действительности, обусловленный в первую очередь тем, что верующие совершенно не знакомы с духовным опытом святых отцов. Можно найти специалистов в самых различных областях богословского знания, но трудно встретить того, кто и теоретически, и своей жизнью изучил бы источники христианского ведения — аскетические творения святых отцов, описывающих сам путь и передающих непосредственный опыт действительного, а не воображаемого богопознания...

📍 Краткий обзор основных положений духовной жизни читайте здесь https://alexey-osipov.ru/books-and-publ … ukhovnaya/

✅ Осипов Алексей Ильич - русский православный богослов, заслуженный профессор Московской духовной академии, доктор богословия https://Alexey-Osipov.ru

👉Что такое ДУХОВНАЯ ЖИЗНЬ? - https://www.youtube.com/playlist?list=P … 7bMV7IwtMi
👉ДУХОВНЫЕ ЗАКОНЫ жизни - https://www.youtube.com/playlist?list=P … Rvrct4YoMn
👉ПЕРВЫЕ ШАГИ В ПРАВОСЛАВИИ - https://www.youtube.com/playlist?list=P … ryLmxSqjx9

👉Книги профессора А.И. Осипова можно скачать здесь:  https://alexey-osipov.ru/books-and-publications/knigi/

👉игумен Никон Воробьев  https://www.youtube.com/playlist?list=P … rXANHRJLhG

102

Отличная подборка лекций А. Кураева:

https://vk.com/wall157018156_10383

103

Ksertoo написал(а):

Отличная подборка лекций А. Кураева:

https://vk.com/wall157018156_10383

Добавлю, (для несведущих) что диакон запрещён в служении. У него многочисленный флёр сомнительных высказываний. Будьте осторожны.
Но у него есть, конечно, замечательные лекции.

104

Андрей Кир написал(а):

Добавлю, (для несведущих) что диакон запрещён в служении. У него многочисленный флёр сомнительных высказываний.

Согласен, Андрей! Также добавлю, что, кому интересно, тот может ознакомиться с небольшой квинтэссенцией взглядов А. Кураева вот здесь - О Церкви Он там участвует в передаче "12 сцена" с о. Саввой (Мажуко).


Вы здесь » БЫТЬ! » Сложные вопросы » Духовная жизнь


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно