БЫТЬ!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » БЫТЬ! » Всё о Вере. » Царские дети. Судьбы


Царские дети. Судьбы

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

НА СЕРДЦЕ ВДРУГ СТАЛО ТИХО

Как на сердце вдруг стало тихо
Среди наскучившего дня...
Наверно кто-то помолился
Душою чистой за меня.

Наверно кто-то незнакомый,
Далёкий, старый и простой,
Мой образ вспомнил промелькнувший
Своею тихою мечтой.

(Кн. Вл. Палей, 1915г.)

.........................................
Влади́мир Па́влович Пале́й (9 января 1897, Санкт-Петербург — 18 июля 1918, Алапаевск) — сын Великого Князя Павла Александровича от его морганатического брака с Ольгой Валерьяновной Пистолькорс (урождённой Карнович), внук Александра II, граф Гогенфельзен (1904), князь (1915); поручик Лейб-Гвардии Гусарского полка, поэт.
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/6/6d/Prince_Vladimir_Paley.jpg/220px-Prince_Vladimir_Paley.jpg

Детство

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/ru/thumb/2/20/%D0%92%D0%BB%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D0%BC%D0%B8%D1%80_%D0%9F%D0%B0%D0%BB%D0%B5%D0%B9_1898.jpg/220px-%D0%92%D0%BB%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D0%BC%D0%B8%D1%80_%D0%9F%D0%B0%D0%BB%D0%B5%D0%B9_1898.jpg

Владимир Павлович на руках у своей няни в 1898 году

    28 декабря 1896 года (9 января 1897) в Санкт-Петербурге Ольга Пистолькорс родила голубоглазого мальчика, наре­чённого Владимиром. В семье его обычно звали Володей, что в устах младенца звучало как Бодя. Хотя Владимир Павлович и родился в России, но детство его прошло во Франции. После заключения в 1902 году второго морганатического брака (с матерью Владимира О. В. Пистолькорс) его отец, Павел Александрович, был вынужден покинуть Родину.

Свернутый текст

Единокровная сестра Владимира Мария Павловна в автобиографии «Воспитание княжны» писала:
« Будучи первым ребён­ком от второго брака моего отца, он подтверждал теорию, что одарённые дети рождаются от большой любви[1]. »

Володя выучился читать и писать по-фран­цузски, по-английски и по-немецки, а позже и по-русски, играл на фортепиано и других инструмен­тах, рисовал. Семья жила в Париже, который Володя очень любил, однако часто путешествовала, в основном по Франции и немецким курортам. Эти поездки позже нашли отражение в произведениях Владимира наряду с образами тех мест, куда он мечтал попасть. А мечтал Владимир об Италии, Греции, Египте.

В 1904 г. баварский принц-регент Луитпольд даровал Ольге Пистолькорс, её сыну Владимиру и новорождённой дочери Ирине (1903—1990) титул графов фон Гогенфельзен.
Образование

После длительных переговоров с Императорским Двором Великий Князь Павел Александрович наконец получил прощение от Николая II за свой морганатический брак и разрешение всей семье вернуться в Россию. Павел Александрович хотел, чтобы его младший сын продолжил динас­тическую традицию и стал воен­ным, а потому в 1908 году маленький граф Гогенфельзен приехал в Санкт-Петербург и поступил в Пажеский корпус — военно-учебное заведение для молодых аристократов.
   Младшая сестра Владимира Ирина Павловна вспоминала об этом периоде жизни брата:
« Пятнадцати лет он поступил в Пажеский Е.В. Корпус и жил у воспитателя полковника Фену, с которым его связала глубокая дружба. Он возвращался домой на Рождественские, Пасхальные и Летние каникулы. Каждый его приезд вносил невыразимую радость. Он любил шутить и даже поддразнивать, но, вместе с тем, был внимателен, ласков и нежен[2]. »

Начало творческого пути

   Во время пребывания в Пажеском корпусе Володя по-прежнему жадно читал и брал частные уроки живописи и музыки. Примерно в 1910 году юный граф Гогенфельзен открыл в себе призвание к литературе, кото­рое никогда его не покидало, и начал писать стихи. Первые работы Владимир написал на французском языке, который в то время был ему привычнее, — некоторые стихотворения 1913 года («Агония», «Капли», «Равнодушие», «Песня Терезы», «Бродяга», «Старость») опубликован­ы Ж. Ферраном в биографии вели­кого князя Павла, большинс­тво стихотворений на француз­ском языке не изданы и хранятся в архивах его родственни­ков во Франции и России, равно как и стихи, написанные по-английски.
   Мать Владимира писала о сыне:
« С 13-летнего возраста Владимир писал очаровательные стихи... Каждый раз, когда он возвращался домой, его талант к поэзии проявлялся всё сильней и сильней... Он пользовался каждой свободной минутой, чтобы отдавать свой ум своей возлюбленной поэзии. Обладая темпераментом мечтателя, он обозревал всё вокруг себя, и ничто не ускользало от его чуткого, настороженного внимания. Он страстно любил природу. Он приходил в восторг от всего, что сотворил Господь Бог. Лунный луч вдохновлял его, аромат цветка подсказывал ему новые стихи. У него была невероятная память. Всё то, что он знал, всё то, что он сумел прочесть за свою короткую жизнь, было поистине изумительным[2]. »

Церковная жизнь

Владимир был верующим и воцерковленным человеком. Состоял в находящемся под покровительством великого князя Владимира Александровича берлинском православном Свято-Князь-Владимирском братстве, часто посещал богослужения в братском храме в Бад-Киссингене (Германия).

Первая мировая война

С началом Первой мировой войны граф Владимир, как многие русские юноши, преисполнился патриотического энтузиазма, который он часто выражал в своих стихах. Однако надежды на быструю победу вскоре исчезли, а Россия, как и другие воюющие страны, оказалась втянутой в нескончаемый, кровавый кошмар.

Военная служба

   Для Пажеского Корпуса война обозначала ускоренное продвижение. В декабре 1914 года князь Владимир поступил в императорский гусарский полк, а в феврале 1915 он уже отправился на фронт. В день своего отъезда он присутствовал на ранней литургии со своей матерью и сёстрами. Кроме них и двух сестёр милосердия в церкви никого не было. Каково же было удивление Владимира и его семьи, когда они обнаружили, что это Императрица Александра Фёдоровна и её ближайшая фрейлина, Анна Вырубова. Положение сына Великого Князя не ограждало Владимира от опасностей и жестокости войны. Несколько раз его посылали в опасные разведки, а пули и снаряды постоянно сыпались вокруг него. За храбрость он был пожалован военным орденом Анны 4-й степени. Кроме того, ему было присвоено звание поручика, и он был очень любим своими соратниками[3]. В это время родители Владимира начали ходатайствовать о пожало­вании Ольге Валериановне княжес­кого титула, тем более что фами­лия, которую носили она и её дети, была хорошим для этого предло­гом: Россия находилась в состоянии войны с Германией, а жена и дети великого князя были баварскими графинями и графом! После несколь­ких писем и аудиенций 5 (18) августа 1915 года царским указом графине Гогенфельзен и её детям были пожа­лованы княжеский титул и фамилия Палей. Так называлось одно из круп­ных имений великого князя Павла, но одновременно это была фамилия одного из выдающихся предков Ольги Валериановны, чья бабушка по материнской линии звалась Ульяна Егоровна Палей-Гурковская. Княжеский титул не внёс особых изменений в жизнь Владимира Павловича. 1 сентября 1915 года новоиспечённый князь присоеди­нился к своему полку и в последующие месяцы принимал участие в несколь­ких операциях на реке Буг.
    Игумен Серафим, также находившийся в это время на фронте, много лет спустя характеризовал его так:
« ...статная фигура, прекрасные задумчивые глаза, детское простоду­шие и редкая учтивость моментально вызывали к нему любовь и уважение окружающих[4]. »

Творческая жизнь

   В окопах Владимир продолжал писать, и наравне со многими стихами о любви и былых воспоминаниях, его поэзия стала отображать страдание и разруху, приносимые войной, самоотверженную работу сестёр милосердия и смерть дорогих собратьев по Пажескому Корпусу. Он также перевёл на французский язык известный поэтический труд Великого Князя Константина Константиновича, «Царь Иудейский». К. Р. пожелал услышать перевод своего произведения, и в апреле 1915 года, когда молодой солдат прибыл домой на побывку, К. Р. пригласил его к себе в Павловск. Великий Князь был уже сильно болен, и красота перевода тронула его до глубины души. Со слезами на глазах он сказал:
« Я пережил одно из самых сильных чувств моей жизни, и обязан этим Володе. Больше я ничего не могу сказать. Я умираю. Я передаю ему свою лиру. Я завещаю ему в наследство, как сыну, мой дар поэта[2]. »

   К. Р. хотел, чтобы перевод Владимира был напечатан во Франции, но военное время не подходило для таких проектов. Текст перевода не был напечатан и в России и был утерян во время революции. Владимир пытался сочетать воинс­кий долг и страсть к литературе. Он по-прежнему много читал, становясь всё более преданным поклонником Пушкина, о чьём трагическом конце написал драму в стихах «Смерть Пушкина». Но всё-таки он предпочи­тал малые поэтические формы, запол­няя страницу за страницей стихами на самые разные темы. Многие из них Владимир посылал домой вместе с письмами, иногда целиком стихот­ворными. В ноябре-декабре 1915 года он также сочинил пьесу в трёх дейс­твиях «Белая роза». В основном он писал по-русски, но иногда отправ­лял сёстрам стихи по-французски. В феврале 1916 года он написал стихотворение «Пепельница», проникнутое песси­мистическими нотами. Наряду с «Пепельницей» появи­лось несколько любовных стихотво­рений, в одном из которых, начинаю­щемся словами «У меня на душе было тихо вчера…», есть такие строки: «Но сегодня я снова увидел Её… Я опять одиноко бледнею…» Кем бы она ни была, на протяжении нескольких месяцев она оставалась его Музой. Летом 1916 года Владимир подго­товил к печати первую книгу стихов, вышедшую в свет под скромным названием «Сборник». В июне, нахо­дясь в Ставке, он получил корректуру книги, а в августе она была опубли­кована в Петрограде. Это было изящ­ное издание с гравюрами; доходы от его продажи пошли на благотво­рительные проекты императрицы Александры Фёдоровны. «Сборник» включал 86 стихотворений, написанных в 1913—1916 годах и посвящённых самым разным темам — любви, природе, мифологии, музыке, искусству, театру, семье, друзьям, патриотизму, войне.

Революция

    Из-за нездоровья Владимир в первые дни 1917 года не поехал к отцу в Ставке, а остался в Царском Селе. К военной карьере он уже не вернулся. В последних числах февраля в Петрограде несколько неожиданно произошла революция. Часть полков присоединилась к восставшим, и вскоре столица погрузилась в хаос. Весной и летом 1917 года Владимир много писал, как всегда, на разные темы: воспоминания, природа, мечты, мифо­логия, религия. Произведения этого периода показывают, что он снова влюб­лён: «Прости меня! Я был тебе неве­рен…», «Rondel amoureux». Скорбью по безвозвратно ушед­шей в прошлое монархии пронизаны стихотворения «Старушка с медальо­ном», «Восемнадцатый век», посвящён­ные печальным страницам французс­кой истории, эпохе Версаля и Второй империи. Сходство между французс­кой и русской революциями усилива­лось по мере того, как в России нарас­тал хаос. По мнению Марии Павловны, Владимир работал слишком быстро, и однажды она сказала ему, что, изливая такие потоки стихов, он лишает себя возможности шлифовать их. Володя улыбнулся печально и чуть загадочно и ответил:
« Все мои нынешние стихи явля­ются мне в законченном виде; исправ­ления только повредят им, нарушат их чистоту. Я должен писать. Когда мне исполнится двадцать один, я больше не буду писать. Всё, что есть во мне, я должен выразить сейчас; потом будет слишком поздно...[4] »

Арест и ссылка

28 декабря 1917 (9 января 1918 года) ему исполнился 21 год. Княгиня Палей так описала в своих мемуарах этот последний в его жизни день рождения:
« Мы снова зажгли ёлку и пове­сили на неё подарки. Девочки и он (Владимир) приготовили для нас «L’Assiette de Delft». Ирина и Наталья, подготовленные сыном, превосходно её исполнили. Наш друг граф Арман де Сен-Савер… ужинал с нами в этот вечер и тоже восторгался услаждавшими слух мелодичными рифмами...[4] »

3 (16) марта 1918 года председатель Петроградской ЧК Моисей Соломонович Урицкий издал предписание всем членам семьи Романовых явиться в ЧК. Поскольку великий князь Павел Александрович был болен, решили, что Ольга Валериановна представит в Петроградскую ЧК врачебное свидетельство, Владимир же, не носивший фамилию Романовых, останется дома, и тогда, надеялась семья, на него, возможно, не обратят внимания. Однако сотруд­ники ЧК потребовали от княгини Палей, чтобы её сын явился к ним на следующий день; 4 (17) марта Владимир явился в здание Петроградской ЧК, где его принял Урицкий, сделавший ему оскорби­тельное предложение: «Вы подпишете документ, в котором будет указано, что вы более не считаете Павла Александровича своим отцом, и немед­ленно получите свободу; в против­ном случае вам придётся подписать другую бумагу, и это будет означать, что вы отправитесь в ссылку», которое было отвергнуто. Был подвергнут ссылке. Хода­тайство княгини Палей было оставлено без внимания: княгине объявили, что Владимиру надлежит прибыть 22 марта (4 апреля) в шесть часов вечера на Николаевский вокзал, чтобы отправиться оттуда в Вятку[2].
Вятка

Сразу же по приезде в Вятку Владимир начал регулярно посы­лать письма своим близким. Жители Вятки, почти не затрону­той революцией, относились к ссыль­ным благожелательно, приносили им гостинцы, помогали устроиться на новом месте. Особую заботу проявляли монахини местной обители. Обеспокоенные растущими симпа­тиями населения к членам царской семьи, большевики вскоре решили перевести их в другой город. 17 (30) апреля 1918 года в Царское Село пришла телеграмма от Владимира, в которой он извещал родных, что по распоряжению Москвы его вместе с остальными ссыльными отправляют в Екатеринбург.

    В Екатеринбург Владимир и его родственники прибыли 20 апреля (3 мая) 1918 года, в Страстную пятницу. Гостиница оказалась довольно грязной, к тому же ссыльным пришлось ютиться в одной-единственной комнате. Неожиданно в гостинице, где жили молодые князья, появилась новая постоялица: великая княгиня Елизавета Фёдоровна, кото­рая после гибели мужа, великого князя Сергея, избрала монашескую жизнь, но, отказавшись покинуть Россию, была арестована.
Основная статья: Мученики Алапаевской шахты

5 (18) мая, в день своих именин, княжна Ирина Палей получила в Царском Селе телеграмму с поздравле­ниями от Володи, в которой он, кроме того, сообщал, что их всех отправ­ляют в Алапаевск, маленький городок с немощёными улицами. Великая княгиня Елизавета Фёдоровна уже бывала там, летом 1914 года, когда совершала паломни­чество.

Ссыльные прибыли в Алапаевск 7 (20) мая 1918. На вокзале их ожидали крестьянские подводы, чтобы отвезти в новую тюрьму — так назы­ваемую Напольную школу, неболь­шое кирпичное строение на окраине города, сохранившееся до наших дней.

8 (21) июня большевики отобрали у узников почти все их личные вещи: одежду, обувь, простыни, подушки, деньги и драгоценности, оставив им лишь ту одежду, что была на них, и одну смену постельного белья. По-видимому, им также запретили писать письма и даже получать корреспон­денцию, что особенно тяжело пере­живали князья Константиновичи, извещённые о серьёзной болезни матери, великой княгини Елизаветы Маврикиевны. Единственное, что им разрешили, — это отправить в послед­ний раз краткие телеграммы родс­твенникам с сообщением о происшед­ших изменениях. Телеграмма, послан­ная в полдень Владимиром по адресу: «Палей. Пашковский. Царское Село», гласила: «Переведён на тюремный режим и солдатский паёк. Володя».
 

Покидая Напольную школу, верный слуга Кронковский увозил с собой последнее письмо Владимира родителям. В нём он рассказывал о страданиях и унижениях, выпав­ших на долю узников в Алапаевске, но одновременно подчеркивал, что его вера даёт ему мужество и надежду. Далее он писал: «Всё, что раньше меня интересо­вало: эти блестящие балеты, эта дека­дентская живопись, эта новая музыка, — всё кажется мне теперь пошлым и безвкусным. Ищу правды, подлинной правды, света и добра».

Смерть

Существует версия, что незадолго до казни большевики предлагали Владимиру отказаться от отца и стать свободным, подписав всего лишь одну бумагу. Владимир Павлович не принял предложение. И в ночь на 5 (18) июля 1918 года князь Владимир Павлович Палей был убит большевиками (сброшен в шахту Новая Селимская в 18 км от Алапаевска). Вместе с ним погибли:

    Великая Княгиня Елизавета Фёдоровна;
    Великий Князь Сергей Михайлович;
    Князь Иоанн Константинович;
    Князь Константин Константинович (младший);
    Князь Игорь Константинович;
    Фёдор Семёнович Ремез, управляющий делами Великого Князя Сергея Михайловича;
    сестра Марфо-Мариинской обители Варвара Яковлева.

2 ноября 1981 года Русская православная церковь заграницей канони­зировала царя Николая II и его семью вместе со всеми мучениками револю­ции или советского режима, включая жертвы трагедии в Алапаевске. В связи с этим изображение Владимира Палея появилось на иконе Новых Российских Мучеников, находящейся в монастыре Пресвятой Троицы в Джордансвилле, Нью-Йорк. Он изображён в военной форме и со свитком в руке рядом с тремя князьями Константиновичами[5].

8 июня 2009 года Генеральная прокуратура России посмертно реабилитировала князя Владимира Палея[6].
Мнение современников

Мария Павловна, сводная сестра Владимира Палея:
« Володя Палей был удивитель­ным человеком, живым инструментом редкой чувствительности, способным производить удивительные мелодии и создавать мир ярких образов. По возрасту и жизненному опыту он был ещё ребёнком, но его разум достиг высот, до которых добираются немно­гие. »

Источники

Wikiquote-logo.svg
В Викицитатнике есть страница по теме
Владимир Павлович Палей

    ↑ Карбонель Х. Поэт из рода Романовых. Князь Владимир Палей (60x90/16)(недоступная ссылка — история). ИЛА РАН.

Князь ВЛАДИМИР ПАВЛОВИЧ ПАЛЕЙ
↑ Царственные мученики
01_soderjanie.indd
↑ Хорхе Саенц. Царственный Мученик князь Владимир Палей
↑ Генпрокуратура решила реабилитировать казненных членов царской семьи

Отредактировано Таня Р. (2017-02-13 19:56:34)

2

Алапаевский мужской монастырь Новомучеников Российских на месте мученической кончины Вел. Кн. Елисаветы Феодоровны Романовой, инокини Варвары и членов семьи Дома Романовых   
                           

Вел. Кн. Сергий Михайлович Романов и Феодор Ремез


Вел. Кн. Сергий Михайлович Романов (1869 — 1918)

Великий Князь Сергей Михайлович родился 25 сентября 1869 года в Боржоми Тифлисской губернии, был внуком царя Николая I . Его отец Вел. Кн. Михаил Николаевич известен как крупный военный деятель и не менее способный администратор. Двадцать два года он занимал опасный и ответственный пост наместника Кавказа. Он сумел не только завершить казавшуюся бесконечной войну с северокавказскими горцами, но и создать на Кавказе прочный бастион Российской Империи.
http://www.svelizaveta.ru/images/Sergromanov.jpg

Отец хотел, чтобы его дети воспитывались в военном духе, строгой дисциплине и сознании долга. Воспитание Сергея Михайловича и его братьев было подобно прохождению строевой службы в полку. Они спали на узких железных кроватях с тончайшими матрацами, положенными на деревянные доски. Вставали в 6 часов утра, а «кто рискнул бы поспать еще 5 минут, наказывался самым строжайшим образом». Завтрак состоял из чая, хлеба и масла. Всё остальное было строго запрещено, чтобы не приучать Великих Князей к роскоши.

К образованию относились очень серьёзно, учебная программа, разделенная на восьмилетний период обучения, состояла из уроков по Закону Божию, истории православной церкви, сравнительной истории других исповеданий, русской грамматики и литературы, истории России, Европы, Америки и Азии, географии, математики, языков и музыки.
Сверх того Князей учили обращению с огнестрельным оружием, верховой езде, фехтованию и штыковой атаке. Вопроса «Кем быть?» у Великих Князей не существовало. Выбор карьеры лежал между кавалерией, артиллерией и военным флотом. Великий Князь Сергей Михайлович окончил артиллерийское училище. По словам брата Александра: «… он радовал сердце своего отца тем, что вышел в артиллерию и в тонкости изучил артиллерийскую науку».

С 1905 года Вел. Кн. Сергей Михайлович занимает пост генерал-инспектора артиллерии. Накануне 1-й мировой войны, вернувшись из поездки в Австрию, он доложил правительству о лихорадочной работе военных заводов центральных европейских держав. В качестве генерал-инспектора артиллерии он сделал все, что было в его силах, для того, чтобы в предвидении неизбежной войны с Германий воздействовать на правительство в вопросе перевооружения нашей артиллерии. Генерал  А. С. Лукомский отмечал: «Русская полевая артиллерия очень многим обязана Великому Князю. Благодаря его знаниям и громадной энергии, с которой он проводил подготовку личного состава, постоянно объезжая и контролируя, наша полевая артиллерия в Японскую, и в Европейские войны была на должной высоте. Во время 1-й мировой войны Великий Князь был на фронте и в Ставке, где поддерживал себя в моральной форме. Я понял и позавидовал ему. В обществе людей, помешавшихся на пролитой крови, разведение капусты и картофеля служило для моего брата Сергея отвлекающим средством, дающим какой-то смысл жизни». (Из книги воспоминаний Вел. Кн. Александра Михайловича).

Великий Князь Сергей Михайлович не отличался эффектной внешностью, многие находили его некрасивым, о чём однажды прямо заявила ему жена брата Георгия. «В этом моё очарование» — ничуть не смутившись, отпарировал Великий Князь. Зато он отличался отличным чувством юмора и истинно аристократической простотой в обращении. Подобно братьям Георгию и Александру, Сергей Михайлович также увлекался нумизматикой и собрал значительную коллекцию монет.

В 1887 году, будучи молодым человеком, Великий Князь Сергей Михайлович вместе с отцом, Председателем Государственного Совета Российской Империи, совершил путешествие на Урал. В Екатеринбурге его отец Вел. Кн. Михаил Николаевич взял на себя покровительство Сибирско-Уральской научно-промышленной выставки, а в 1981 году принял обязанности Августейшего покровительства УОЛЕ (Уральского Общества Любителей Естествознания). По смерти отца в музее УОЛЕ был открыт зал его памяти и учреждена премия за успехи в изучении уральского края. Не случайно в разговоре с чекистом Кабановым, приставленным сопровождать Князей Романовых в мае 1918 года из Екатеринбурга в Алапаевск, Вел. Кн. Сергей Михайлович сказал, что знает этот город, так как еще «младшим артиллерийским офицером пешком походил все уральские заводы. Был и в Алапаевске…».

Великий Князь Сергей Михайлович носил имя преподобного Сергия Радонежского, печальника и молитвенника Русской земли. С детских лет он любил труд и занятия, а за время путешествия по России с отцом познакомился с нуждой простых людей и всей душой любил свой русский народ. Стоя на высоком служебном посту, он всегда всех приходящим к нему принимал, внимательно выслушивал, делая возможное просителям. Он особенно отличался среди главноначальствующих своей простотой и искренним ласковым обращением. Доступ до Великого Князя был открыт для всех, начиная от простого крестьянина до высокого сановника. Он был верным, искренним и преданным слугой Царю и Родине до конца своих дней. По пути следования в ссылку на Урал, в Алапаевск, на станциях во время остановок к нему приходил народ с просьбами о помощи.

После октябрьского переворота 1917 года Вел. Кн. Сергей Михайлович ограничился заверениями о лояльности к новому строю, совершенно устранился от политики. Он был холост и жил в Петрограде до тех пор, пока по большевистскому декрету от 26 марта 1918 года о переписи Романовых, он был выслан в Вятку с Князьями императорской крови родными братьями: Иоанном, Константином, Игорем, сыновьями Великого Князя Констанина Константиновича. Как говорилось в документе, выданном петроградским ЧК «в целях предупреждения и пресечения политических преступлений». В апреле Князья Романовы были высланы из Вятки в Екатеринбург, а 20 мая прибыли в Алапаевск. С Великим Князем Сергеем Михайловичем из Петрограда в ссылку выехал Управляющий его делами Федор Семенович Ремез (1878—1918). В Петрограде у Федора Семеновича осталась семья, этот близкий Князю человек добровольно пошёл с ним на страдание и смерть, исполнив этим завет Иисуса Христа. «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих.» (Иоанн 13,15).

Лишённые родного крова, оклеветанные, они были гонимы в родной земле. Последним земным пристанищем для них стала Напольная школа, на окраине Алапаевска, где они находились под постоянным контролем большевистиских комиссаров и красноармейцев. Здесь Великий Князь взял на себя переговоры с комиссарами по поводу ужесточения тюремного режима и перевода узников на солдатский паек с 21 июня, последовавшего после убийства Вел. Кн. Михаила Александровича в Перми. Великий Князь протестовал против такого насилия, но на его протесты не отвечали. Князь послал телеграмму в Екатеринбург председателю Областного совета, где писал следующее: «… Не зная за собой никакой вины, ходатайствуем о снятии с нас тюремного режима. За себя и моих родственников, находящихся в Алапаевске. Сергей Михайлович Романов.»Узники старались скрасить свое положение, работая на пришкольном участке, вычистив его, посадив овощи и цветы, они устроили по признанию большевиков уютный уголок для прогулок. Князья собирались каждый день для молитвы в комнате Великой Княгини Елисаветы Феодоровны.

В ночь на 18 июля 1918 года под предлогом переезда в более «тихое и безопасное» место, Князей Романовых тайно вывезли к заброшенной Нижне-Селимской шахте при этом под утро, разыграв инсценированное нападение якобы с целью освобождения Князей отрядом белогвардейцев. У шахты было совершено злодеяние, алапаевских узников живыми сбросили в сырую темную яму глубиной 60 метров. Великий Князь Сергей Михайлович был убит выстрелом из револьвера, это показала медицинская экспертиза. По рассказам очевидца, он единственный оказал сопротивление убийцам и был застрелен у края шахты. Когда все жертвы были в шахте, чекисты стали бросать туда гранаты, чтобы окончательно скрыть следы преступления. От взрыва гранат пострадало тело Федора Семеновича Ремеза, оно оказалось сильно обожженным от взрыва. Остальные мученики умирали в страшных страданиях от жажды, голода и ранений, полученных при падении, на выступы разной глубины.

С приходом Белых частей в Алапаевск, алапаевская следственная комиссия, обнаружив местонахождение шахты, извлекла тела на поверхность. 18 октября тела пребывали в Екатерининской церкви, где служились литии, панихиды и всенощное бдение, а 19 октября тела алапаевских мучеников после Заупокойной Литургии и отпевания в Свято-Троицком соборе были временно захоронены в склепе с южной стороны алтаря Свято-Троицкого собора. Как писал игумен Серафим, народу было так много, что люди не помещались в храмах, а стояли, плакали и молились прямо на улице. Так прощались жители города. При отступлении частей Белой Армии  А. В. Колчака тела были вывезены в Сибирь, далее в Китай и захоронены в апреле 1920 года в склепе при храме святого праведного Серафима Саровского при Русской духовной миссии в Пекине. Тела же мучениц Вел. Кн. Елисаветы Феодоровны и инокини Варвары были препровождены далее в Святую Землю — в Иерусалим. Русской Зарубежной Православной Церковью в 1981 году алапаевские мученики причислены к лику Новомучеников Российских. В 1992 году в России к лику святых преподобномучениц причислены Вел. Кн. Елисавета и инокиня Варвара.

3


Вторая дочь последнего императора России Татьяна Николаевна в 1913 году
. Реконструкция цвета: художник Ольга Ширнина / klimbim.

https://s3-eu-west-1.amazonaws.com/elitsy/media/cache/3d/74/3d74800d0b77fc94f7fe3ea4ba3c4fe5.jpg

4

Ленины, Троцкие, Сталины - вы ненавистники все
Сердцем, умишком умАлены, все вы глумились красе.
Вы и царя ненавидели все за его доброту.
Думали, что вы обидели царскую ту красоту?
Глупые, жадные, жалкие, где ваши злые плоды?
Принял вас Ад, и вы алчете... Прокляты ваши труды.
Думали вы, что убитые вами забудутся? Вот -
Гляньте, они вновь красуются! Помнит их Русский народ!
Царь Николай со царицею, пятеро ихних детей
Славу приимут сторицею, трон их стоит над столицею,
Слава - с Царём всех царей!

Отредактировано Таня Р. (2017-04-20 23:01:48)

5

Согласен, Таня.

Но фото есть и цветные. И здесь есть, на форуме.
Ой как мешал царь...
Одно дело мирно делегировать полномочия власти, другое, когда бесы, всё с ног на голову...
Единственно, что не нужно сверх меры -царебожие.
Как понимаю.

6

Андрей Кир написал(а):

Единственно, что не нужно сверх меры -царебожие.
Как понимаю.

Подпись автора

    Истинное Творчество - путь познания Духа, Души и Мира, нас окружающего...

  Где здесь, Андрей, царебожие?  Что Бог - Царь царей?

7

Таня Р. написал(а):

Где здесь, Андрей, царебожие?  Что Бог - Царь царей?

Судя по твоим постам,Таня, у тебя царь главный святой. Царь канонезирован за принятие смерти по христиански. В его жизни нет святости. Первый в рай с Христом входит разбойник, но это не значит, что мы должны в качестве примера ставить себе его жизнь.
Если бы Ванька Жуков ( http://ilibrary.ru/text/983/p.1/index.html ) жыл бы как царские дети, то история пошла бы по другому пути.

8

Увы...народ не особо жил хорошо.
Цари - лучше.
Очень многие туристы отмечают роскошь дворцов и пр. Сложный вопрос. Есть здесь немного азиатского. Хотя это неправильно, когда Ванька Жуков живёт бедно, а царь купается в невиданной роскоши. Меня лично это не коробит, зная Россию...но факт тот, что монархия должна была бы реформирована, да.
Меня вот что гнетёт всегда...ну зачем Николай залез в войну так бездарно?! Эх. "До победного конца" До революции, как оказалось. Очень тягостно всё это.
Это был смертный приговор и ему и России.

9

http://s0.uploads.ru/sb2xJ.jpg
                                 Великая княгиня Ольга Александровна Романова

Анна Ведяева. Порфирородная сестра милосердия http://www.pravoslavie.ru/108931.html .

10

Какая вера была у Великого Князя Константина Романова!

Рождество Христово_Великий князь Константин Романов.

Благословен тот день и час,
Когда Господь наш воплотился,
Когда на землю Он явился,
Чтоб возвести на Небо нас.
Благословен тот день, когда
Отверзлись вновь врата Эдема;
Над тихой весью Вифлеема
Взошла чудесная звезда!
Когда над храминой убогой
В полночной звездной полумгле
Воспели «Слава в вышних Богу!» —
Провозвестили мир земле
И людям всем благоволенье!
Благословен тот день и час,
Когда в Христовом Воплощенье
Звезда спасения зажглась!..
Христианин, с Бесплотных Ликом
Мы в славословии великом
Сольем и наши голоса!
Та песнь проникнет в небеса.
Здесь воспеваемая долу
Песнь тихой радости души
Предстанет Божию Престолу!
Но ощущаешь ли, скажи,
Ты эту радость о спасеньи?
Вступил ли с Господом в общенье?
Скажи, возлюбленный мой брат,
Ты ныне так же счастлив, рад,
Как рад бывает заключенный
Своей свободе возвращенной?
Ты так же ль счастлив, как больной,
Томимый страхом и тоской,
Бывает счастлив в то мгновенье,
Когда получит исцеленье?
Мы были в ранах от грехов —
Уврачевал их наш Спаситель!
Мы в рабстве были — от оков
Освободил нас Искупитель!
Под тучей гнева были мы,
Под тяготением проклятья —
Христос рассеял ужас тьмы
Нам воссиявшей благодатью.
Приблизь же к сердцу своему
Ты эти истины святые,
И, может быть, еще впервые
Воскликнешь к Богу своему
Ты в чувстве радости спасенья!
Воздашь Ему благодаренье,
Благословишь тот день и час,
Когда родился Он для нас.

11

https://pravoslavie.ru/sas/image/103411/341196.b.jpg?mtime=1591616745.jpg
Великая княгиня Мария Павловна Романова

Ольга Лунькова. ЗОЛУШКА РОМАНОВА. И ЭТО НЕ СКАЗКА https://pravoslavie.ru/131709.html

12

Спасибо, Оля!

13

:)  Я обратила внимание на то, как важно учить детей ремеслу, вне зависимости от текущего уровня благосостояния.  Понимаю, что девочек в царской семье учили рукоделию не в целях заработка на жизнь, но как пригодилось.

14

Это никогда не бывает лишним. Уметь что-то делать своими руками - это и интересно и развивает тело и душу. Творчество - очень важный элемент жизни.

15

Согласна.


Вы здесь » БЫТЬ! » Всё о Вере. » Царские дети. Судьбы


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно